Если бы основатели бюро Pezo von Ellrichshausen наткнулись на эту статью, им бы точно не понравилось слово «спроектировали» — слишком уж далеко оно от понятия творческого поиска. Между тем, вся архитектура Маурисио и Софии — это постоянное и очень личное исследование в поисках идеальной формы жилища.

Pezo von EllrichshausenМаурисио Пезо и София вон Элрихшаузен на фоне одного из первых домов — Poli House

Вариант, который в итоге реализуют — это результат множества эскизов и итераций. Обязательную часть их работы составляют павильоны, которые помогают упражняться с геометрией и пространством. В процессе рождаются неудачные варианты, но их далеко не сразу отправляют в мусорную корзину. «Архитектор — это тот, кто может выгодно использовать провал», — считают Маурисио и Софи.

Пространственные эксперименты особенно удались им в работе с жилыми домами. Каждое из 13 зданий бюро обладает запоминающимся образом, но при этом отличается внешней простотой.

«Хорошая архитектура как бы невидима. Но она позволяет всему, что происходит в этом пространстве, становиться вашим лучшим опытом»


В жилых проектах проявляется еще одна особенность Pezo von Ellrichshausen — каждый следующий дом заимствует и перерабатывает одну из форм, использованных в предыдущих зданиях. На схемах ниже прослеживаем эволюцию всех 13 домов и более подробно раскрываем особенности некоторых из них.

1. Rivo House — Дом с хаотичными окнами


2003, Чили
Pezo von Ellrichshausen

Это первое жилое здание, придуманное в Pezo von Ellrichshausen. Уже тогда архитекторы использовали прием, который впоследствии станет частью их почерка: оконные проемы разного размера.

Кажется, что эти окна хаотично разбросаны по фасаду. Однако это не так: за распределением каждого из них стоит четкая ориентация на движение солнца, функцию комнаты и вид, который оттуда открывается. Архитекторы с самого начала карьеры жертвовали «красивостью» и «правильностью» фасада в угоду обитателям дома.

2. Poli House


2005, Чили
Pezo von Ellrichshausen

3. Wolf House


2007, Чили
Pezo von Ellrichshausen

4. Parr House — Дом, очищающий память


2008, Чили
Pezo von Ellrichshausen

Через 5 лет после строительства первого частного дома Pezo von Ellrichshausen выполнили заказ с очень личной историей. Это здание на территории фермы. На его месте стоял другой дом, но после того, как в его стенах умерла мать заказчика, он решил очистить это место от воспоминаний. Теперь единственное, что ассоциируется здесь с прошлым — деревья. Некоторые из них в буквальном смысле стали частью нового дома.

Силуэт одноэтажной виллы отсылает к деревенской архитектуре в Чили — об этом напоминают трапециевидные крыши. В доме 12 комнат, каждая из которых укрыта собственной крышей со световым люком. Их разъединяют девять внутренних дворов. Это создает впечатление, что на территории фермы стоит не один дом, а целое поселение.

Интересно, что некоторые комнаты дублируют друг друга — например, в здании две столовых. «Это нормально для Чили, — объясняют архитекторы, — когда у вас есть столовая для семьи, то может быть и отдельная столовая для дружеских приемов».

Стены и крыша покрыты алюминиево-цинковой плиткой, которая хорошо отражает свет. По утрам дом приобретает голубоватый оттенок, а к вечеру становится золотистым. Цвет выбрали не сразу — архитекторам уже будучи «в поле» пришлось протестировать примерно 20 различных цветовых вариаций. В итоге остановились на цвете, который очень близок к оттенку глиняной плитки на прежнем доме.

5. Fosc House — Дом для большой и веселой семьи


2009, Чили
Pezo von Ellrichshausen

С годами Софи и Маурисио неизменно сохраняют интерес к геометрическим исследованиям. В Fosc House вновь применен их излюбленный прием — здание имеет форму вертикального параллелепипеда с разнокалиберными окнами. Поскольку дом с 5 спальнями был спроектирован для большой семьи, перед архитекторами стояла задача сделать его очень просторным. Поэтому они придали внутреннему пространству максимально возможную площадь и разделили здание на три этажа, первый и третий из которых заняты спальнями. В общую часть дома — на втором этаже — попадают через главный вход, расположенный на пригорке. Так здание эксплуатирует окружающий ландшафт.

Несмотря на внешнюю простоту и даже строгость, внутреннее пространство словно заигрывает с его обитателями, побуждая их к взаимодействию с домом. Конечно, во многом это относится к детям: в их комнатах есть разноуровневые кровати и лестницы, ведущие к окнам — по ним можно забраться и посмотреть, что происходит снаружи.

Издалека кажется, что фасад выполнен из дерева; тем не менее это бетон, «оживший» за счет рельефа и окрашивания оксидом меди. Заказчики сами подали эту идею, когда показали архитекторам позеленевшие от времени пьедесталы старых памятников. «Мы подумали, что оксид меди удачно создает иллюзию „природности“ фасада — так он похож на нечто среднее между минералом и растением», — объясняет Софи.

6. Pael House


2010, Чили
Pezo von Ellrichshausen

7. Cien House — Собственный дом архитекторов


2011, Чили
Pezo von Ellrichshausen

Когда архитекторы занимались этим зданием, то уже имели обширный опыт в жилом строительстве. Это даже мешало — с самого начала у них было слишком много идей, и они никак не могли выделить наиболее важную.

В итоге к зданию применили почти скульптурный подход: получилась башня, стоящая на двухэтажном «постаменте». Чтобы не смешивать рабочую и личную жизнь, Софи и Пезо пошли по пути максимального разграничения пространства. Дом поделен на 12 модулей. Студии для арт-проектов размещены в анфиладе на самом нижнем уровне. Этажом выше находятся жилые помещения: гостиная, столовая и кухня. Спальни занимают часть башни на третьем и четвертом этажах, а все остальное пространство отведено для работы.

При этом жилые и офисные комнаты не смешиваются — между ними нет внутренних лестниц. Попасть домой и на работу можно только через наружный вход. Это сохраняет ощущение перехода из одной жизненной сферы в другую, несмотря на то, что обе они находятся в одном здании.

8. Arco House


2011, Чили
Pezo von Ellrichshausen

9. Gago House


2012, Чили
Pezo von Ellrichshausen

10. Solo House


2012, Испания
Pezo von Ellrichshausen

11. Meri House — Гостевой дом с «настройками приватности»


2013, Чили
Pezo von Ellrichshausen

В своих работах архитекторы учитывают рельеф не только конкретного участка земли, но и всей окружающей территории. По эскизам этого дома видно, что он развернут по направлению потока извилистой реки у подножия холма, на котором живет заказчик.

В каждой из 10 комнат здания есть собственный выход на улицу. Они также соединены с внешним миром световыми люками, а между собой — двумя анфиладами, у одной из которых есть двери. Архитекторы уже применяли этот трюк в Cien House, и здесь он позволяет регулировать приватность внутри здания.

Из предыдущих проектов видно, насколько серьезно архитекторы относятся к отделочным материалам. Главным из них в этом доме стала сосновая доска. Она создает мягкое свечение в комнатах и яркий природный контраст с голубым небом и красноватым цветом чилийской земли.

12. Guna House

2014, Чили
Pezo von Ellrichshausen

13. Nida House — Перевернутый зиккурат на отшибе

2016, Чили
Pezo von Ellrichshausen

Если первые жилые постройки Софи и Маурисио были «интровертными» — закрытыми, без сплошного остекления, то Nida House стал третьим после Solo и Arco, где этот принцип нарушен.

При этом дом совсем не похож на своих предшественников. Его сложная решетчатая структура значительно расширяется от низа к верху, образуя «инвертированный зиккурат», как называют его архитекторы. Тектоника теряется в пересечениях балок — кажется, что здание и вовсе не держит свой вес, а парит в невесомости.

На самом деле основная нагрузка приходится на восемь колонн, которые пронзают дом от крыши до подвала. Второй и третий этаж поддерживают по восемь и шестнадцать дополнительных колонн. Мебель, также продуманная архитекторами, еще больше усложняет эту ритмическую цепочку.

***

Все жилые дома Pezo von Ellrichshausen отличаются эстетизмом и простотой. Но за внешней привлекательностью всегда скрывается интеллектуальный подход к форме. Жильцы не чувствуют его, когда находятся внутри здания. Однако свидетельством тому может послужить любая из этих 13 проекций, отрисованных в бюро:

Pezo von Ellrichshausen