Образовательный портал, или Внимание на ворота

Побывав в Махачкале на архитектурном воркшопе «Пространство образования будущего», редактор archspeech Юлия Шишалова выяснила, насколько восприимчива столица Дагестана к инновационной архитектуре и могут ли мероприятия подобного формата оказаться судьбоносными для города.

Образовательный портал, или Внимание на ворота

Даже те, кто не слишком хорошо знаком с творчеством малых голландцев, наверняка видел репродукцию картины Брейгеля «Вавилонская башня». А уж библейскую легенду точно слышали все — о том, как самая масштабная стройка в мире развалилась из-за ниспосланного с небес на возгордившееся человечество многоязычия. Махачкала — в которой, кстати, издаются газеты на 11 языках, а по неофициальным данным проживает больше 100 национальностей, — при первом знакомстве напоминает ту самую картину. Причем по Брейгелю причина неудачи проекта крылась не в языковом барьере, а — банально — в низком качестве строительных работ.

Махачкала. Площадка под образовательно-культурный центр «Периметр»Махачкала. Площадка под образовательно-культурный центр «Периметр»

Так и современный Дагестан: занимая второе место в России по ежегодному вводу пресловутых квадратных метров (после Подмосковья), он должен был бы напоминать Великую стройку — однако больше похож на великий недострой. Простейшая логика считывается с первых же домов вдоль дороги из аэропорта: начали строить — получилось не очень — бросили — тут же рядом принялись заново. Авось в следующий раз окна выйдут ровными и крыша не даст протечку!

Тут же возвышаются горы строительного мусора — мусор здесь вообще убирать не принято. Зачем, если ветер с Каспия все равно унесет его с глаз долой? К слову, ветра в Махачкале и вправду серьезные. Но мусор они не уносят, а, скорее, равномерно распределяют по ландшафту. В контексте Великой (недо)стройки он даже начинает казаться органичной частью пейзажа.

В центре города все еще интереснее — по сути, свою маленькую Вавилонскую башню здесь строит каждая семья или клан. И регулярная сетка улиц, которая так хорошо видна из иллюминатора самолета, совершенно теряется в неевклидово-геометрических построениях, которые для настоящего горца и есть модель идеального жилья. Пристройки, надстройки, выносные конструкции — Брейгелю подобное и снилось. И даже другим российским приморским городам, которые прославились изобретательностью в деле самостроя. Помните фотографии «остекленных лоджий» в Сочи, которые когда-то обошли весь интернет? В Махачкале тоже есть сообщество про разные смешные картинки — оно, кстати, самое популярное в городе.: в чем-в чем, а в самоиронии жителям Дагестана не откажешь. И главная ирония, что это сообщество — под названием «Нетипичная Махачкала» — показывает Махачкалу самую что ни на есть типичную.

МахачкалаМахачкала

С одной стороны, каждые 30 лет население города удваивается — вливается новая энергия и свежая кровь. А с другой — образованный слой горожан здесь не задерживается, более 70% нынешних жителей Махачкалы — мигранты в первом поколении. Другими словами — только что спустились с гор, и процесс адаптации занимает до обидного много времени: они уже не совсем сельские жители — но и до горожан им еще далеко. Вот и «окапываются» вынужденно в неком подобии урбанизированных «аулов».

Наверное, после подобного описания сам факт проведения в Махачкале международного архитектурного воркшопа «Пространство образования будущего» прозвучит еще более странно, чем тогда, когда благотворительный фонд «ПЕРИ» Зиявудина Магомедова только объявил о приеме заявок, и для многих будущих участников Дагестан был лишь точкой на карте Кавказа. Идея с форматом воркшопа, предложенная соорганизаторами мероприятия — Московской архитектурной школой МАРШ — смущала еще заранее — и по целому ряду причин.

Почему, например, на проект «инновационного образовательного центра» нельзя было устроить «обычный» международный конкурс? Если так уж хотелось помимо резонанса в прессе закатить пир на весь мир для гостей-иностранцев — провести установочный семинар, как это сделали организаторы конкурса на озера Кабан в Казани.

Участники воркшопа «Пространство образования будущего»Участники воркшопа «Пространство образования будущего»

Или использовать уже имеющийся у «ПЕРИ» опыт постановки громких открытий и премьер — в июле прошлого года в соседнем Дербенте (как раз к его двухтысячному юбилею, хотя по факту поселению 6000 лет) с успехом презентовали музейный комплекс «Домик Петра», и это событие обошло чуть ли не все мировые СМИ и наконец-то перенесло старейший город России с обочины национальной культурной жизни в самый ее центр.

В крайнем случае — заказали бы проект Норману Фостеру или Захе Хадид, как Баку с Астаной, — и ждали бы себе у моря погоды и эффекта Бильбао. Но нет — зачем-то понадобилось собирать в Махачкале со всего света 30 смельчаков (я лично знаю тех, кто не решился приехать в Дагестан из-за «политической нестабильности»), селить их здесь на долгих 10 дней (кормить, поить и водить везде с охраной) — и при этом ждать, что за срок, ничтожный с точки зрения выработки архитектурной концепции, молодые архитекторы (по условиям — не старше 30 лет) создадут нечто стоящее и по-настоящему инновационное. То, что смогло бы выстрелить — и на этот раз без пуль: история про то, что урбанисты в представлении местного населения — это вооруженный отряд неизвестного назначения, очень точно характеризовала сложившуюся несколько абсурдную ситуацию.

Но абсурдной она была ровно до тех пор, «пока не началось». Пока из сотни подавших заявку не отобрали те самые 30 смельчаков из 10 стран — США и Италии, Украины и Белоруссии, Румынии и Болгарии, Бангладеша и Вьетнама, России и Казахстана. Пока все они не встретились на берегу Каспия, в местном «Метрополе», под надзором четырех тьюторов — Ярослава Ковальчука, Наринэ Тютчевой, Петра Попова и Хироки Мацуро. Пока не взялись за трехдневные полевые исследования: какие люди и сообщества живут в Махачкале, какова ситуация с образованием и образовательными пространствами, какую роль в городе играет архитектура и что можно было бы улучшить с точки зрения урбанистического анализа.

Участники воркшопа «Пространство образования будущего»Участники воркшопа «Пространство образования будущего»

Задача у воркшопа была очень конкретная — на участке 70×25 м, одним концом выходящим в парк, спроектировать образовательно-культурный центр «Периметр», ориентированный на дополнительное образование для детей и молодежи и вмещающий уже действующее ответвление фонда «ПЕРИ-Инновации». Несмотря на это, всем сразу было понятно, что цель мероприятия гораздо шире и выходит, простите за каламбур, далеко за пределы этого «Периметра».

Вы читали манифест грядущей в мае 5-й Московской биеннале архитектуры? Он, в частности, гласит, что «развитие науки (в отличие от свободного рынка) является главным двигателем для развития общества. Не утверждая, что архитектура может выполнять ту же роль, организаторы Биеннале 2016 хотели бы ... показать важность архитектуры и градостроительства для повседневной жизни современного гражданина».

Так вот, организаторы воркшопа «Пространство образования будущего» — фонд «ПЕРИ» на пару с «МАРШ лаб» — явно проявили себя гораздо смелее (в Дагестане иначе нельзя). Вся программа воркшопа, включая многочисленные публичные лекции и дискуссии, неизменно собиравшие полный зал, была нацелена на то, чтобы показать: развитие науки и культуры связано с развитием города так же, как развитие образования — с архитектурой, созданной для этого самого образования.

Участники воркшопа «Пространство образования будущего»

Приводились примеры учрежденного в Багдаде Дома Мудрости — колыбели современной алгебры, — и медресе как прообраза европейского университета. Много говорилось о важности культурного обмена (еще одной составляющей данного воркшопа), который за историю человечества не раз порождал наиболее высоко развитые в духовном и материальном плане сообщества. Участники программы, отчитываясь о результатах проведенных исследований, самозабвенно рассказывали о том, что Махачкала в образовательном плане проигрывает Оксфорду, по сути, лишь количеством Нобелевских лауреатов. Что процесс стремительной урбанизации переживали и Лондон, и Нью-Йорк, и после определенного периода сложностей всем это только шло на пользу. Что бьющая здесь через край энергия, которую невозможно не почувствовать, дает городу огромный потенциал для развития и роста. Достаточно лишь обеспечить интенсивное возобновление местного интеллектуального слоя, который постепенно вымывается оттоком образованных людей в другие города — на фоне притока неофитов. И общественный центр «Периметр» — несомненно, шаг именно в этом направлении.

Вдохновить махачкалинцев своим примером прилетели даже гости из Чили: основатели самого популярного в мире архитектурного портала Archdaily поведали типичную историю категории «из грязи в князи» — о том, что даже не самое выгодное социальное и географическое положение (как у Чили и Дагестана) не является преградой на пути в международное культурное сообщество. Только сумейте к нему в нужном месте и в нужное время «подключиться».

Аварский театр Геннадия МовчанаАварский театр. Геннадий Мовчан, 1968

Кажется, это сейчас в Махачкале и произошло — почти незаметно, как бы само собой. Приехала открытая всему новому и нацеленная на будущее молодежь — взяла и «подключила». Рассказала, каковы современные тенденции в образовании, как можно эффективно использовать имеющийся в городе зеленый каркас, где лучше проложить пешеходные маршруты, как объединить разрозненные общественные пространства и интерпретировать столь любимую местными жителями модель аула в современном ключе.

Нечто подобное уже происходило когда-то: Иван Жолтовский в 1929-м построил удивительной красоты Дом правительства, в котором умудрился скрестить восточную крепость с конструктивисткой архитектурой. Аварский театр Геннадия Мовчана — немыслимо изящный союз модернизма с канонами традиционного аварского жилища. А дом знаменитого народного поэта Расула Гамзатова, под окнами которого как раз построят «Периметр», архитектор Абдулла Ахмедов спроектировал в стиле брутализма, некоторая устрашающая сущность которого для контекста вполне уместна. При том, что внутри это пышущее гостеприимством и изысканной роскошью пространство, воплощающее глубокие национальные традиции и историю. В чем, конечно, немалая заслуга дочерей поэта — сегодняшних активных деятелей культуры Дагестана: одна из них, Патимат Гамзатова, вошла в то самое экспертное жюри, которое выберет лучший из восьми проектов, разработанных в процессе воркшопа, — и уже через год его обещают реализовать.

Дом Расула Гамзатова. Арх. Абдулла Ахмедов © Hiroki MatsuuraДом Расула Гамзатова. Арх. Абдулла Ахмедов © Hiroki Matsuura

Какой проект победит, мы узнаем и расскажем буквально на днях. Однако что именно реализуют — пока большой вопрос. И вообще — что получится в сухом остатке? Прислушаются ли «сильные мира сего», подует ли с Каспия ветер, меняющий что-то, кроме расположения мусора в пространстве?

Махачкала ведь город очень непростой — и даже парадоксальный. Удачную метафору нашла опять-таки одна из команд: это портал, в котором встречаются противоположности. Находясь в портале, ты одновременно пребываешь и снаружи, и внутри. В родном ауле — и в чужом городе. В собственном прошлом — и в коллективном будущем, как бы патетично это ни звучало. Само понятие перехода, ворот — буквально священно для здешних мест. Хозяева Дербента на одной только установке ворот в правильном месте в свое время сказочно разбогатели (город по-другому называли «воротами в Каспий») — возможно, поэтому в Дагестане до сих пор самый невзрачный и «убитый» забор украшают ворота с позолоченным литьем.

Дом правительства в Махачкале. Иван Жолтовский, 1929Дом правительства в Махачкале. Иван Жолтовский, 1929

Но даже если прямо сейчас, фигурально выражаясь, «ворота» не откроются, «забор» не преобразится, а «вавилонская башня» не взовьется стройно ввысь, после этих 10 насыщенных дней, на которые небольшой зал в одном из общежитий политехнического университета, где сейчас базируется центр «ПЕРИ-инновации», превратился в главную сцену махачкалинской культурной жизни; после бурных обсуждений и взаимного обмена знаниями с самой представительной и влиятельной аудиторией республики; после бессонных ночей, потраченных на тщательно обоснованные с точки зрения всех дисциплин архитектурные концепции, и, кстати, небывало стремительного обучения самих авторов, по их собственным словам, заменяющего год в стандартном режиме, — заряд созидательной энергии, сообщенный воркшопом, останется надолго со всеми, кого он коснулся.

А Фостера на конкурс можно пригласить в следующий раз — и тогда Махачкала его действительно удивит.

Дом правительства в Махачкале. Иван Жолтовский, 1929Дом правительства в Махачкале. Иван Жолтовский, 1929

Благодарим организаторов воркшопа «Пространство образования будущего» в Махачкале – Центр архитектурных инициатив «МАРШ лаб» и фонд «ПЕРИ» за помощь в подготовке материала

РАССЫЛКА arch:speech
 
Свежие материалы на arch:speech


Загрузить еще