«Нас называют агрессивными архитекторами». Ольга Бумагина — о том, с кем вы будете бороться за проект

Если бы архитекторов оценивали по умению бороться за свои идеи, у Ольги Бумагиной уже давно был бы черный пояс.

«Нас называют агрессивными архитекторами». Ольга Бумагина — о том, с кем вы будете бороться за проект

Быт в бюро «Проект-Реализация» устроен по-семейному. Поездка на Венецианскую биеннале — это обязательно поездка с детьми. Студия — место, куда без зазрения можно прийти с ребенком и поставить ему мультфильм на свободном компьютере.

Дети занимают главное место во всем: бюро спроектировало более ста проектов, включая тринадцать детских садов и семь школ. «Я совсем не амбициозна, — утверждает Ольга, — единственное, чего мне хочется — чтобы я рисовала и это строили». Но в этих словах присутствует некоторое лукавство, ведь если бы у Ольги не было амбиций, многие проекты ушли бы в стол или изменились до неузнаваемости.

Для архитектора в России «детские» объекты — это территория перманентной войны. Трудно работать не только из-за строгих нормативов, но и из-за сопротивления заказчиков, города, психологов и многих других людей. По нашей просьбе Ольга рассказала, с кем именно придется столкнуться, если вы собираетесь заняться тем же, чем она.

Департамент строительства


В бюро любят черный цвет. В этом цвете Ольга сделала несколько школ и детских садов, каждый раз наталкиваясь на одно и то же препятствие: «Департамент строительства Москвы все время на совещаниях, объектах и стройках требовал убрать черный и утверждал, что этого цвета не будет никогда». Тем не менее Ольга упорно отстаивает изначальное решение — каждая мелочь, которую меняют по ходу дела, убивает суть проекта:

«Мы решили для себя, пусть нас называют агрессивными архитекторами, упертыми параноиками, но если наши фамилии указаны, мы будем стоять на своем».

Детский сад в Куркино © «Проект-Реализация»

С цветом вообще много проблем: если во время строительства материалы меняются на более дешевые, первоначальный оттенок выцветает после первого же дождя. Поэтому сейчас в бюро рисуют школы из кирпича: «Кирпич такой же материал, как и все остальные, он требует уместности и включения в окружающую застройку, но хотя бы точно не облезет».

Экспертиза


У экспертизы тоже возникли вопросы к черным фасадам. «Когда утверждали одну из школ, московские чиновники одобрили все кроме внешнего вида: «Они сказали, что все хорошо, только черный фасад надо заменить на белый». Ольга не стала идти против себя и довела разговор до кабинета главного архитектора Москвы: «Я пошла к Сергею Олеговичу Кузнецову и попросила поменять решение, так как черный фасад был лучше. Главный архитектор Москвы нас поддержал — и в результате этот детский сад стал лучшим реализованным проектом в Москве в 2013 году по итогам открытого голосования».

Но у пререканий с экспертизой есть и обратная сторона:

«Когда мы занимались школой на 1100 мест в 7-м квартале Некрасовки, меня все время просили в Мосгосэкспертизе: давай фотографии со стройки. Там выпускающий ведущий эксперт — архитектор. И вся экспертиза увлеченно смотрела фотографии того, что реально получилось. Они как-то чувствуют, что это в том числе и их проект, они же участвуют в этом бодании. Сейчас фотографии реализованной школы крутят на мониторах Мосгосэкспертизы среди наиболее значимых объектов Москвы, построенных в 2018 году».

Проект школы в 7-м квартале Некрасовки © «Проект-Реализация»

Кроме того, у экспертов постоянно возникают вопросы, потому что бюро Ольги во многом выступает пионерами: «Кроме нас никто не хочет вешать раздвижную перегородку в спортивном зале 9,5 м высотой. А потом все начинают так делать, и это становится стандартным типовым решением».

Психологи


И снова о черном цвете: психологи посчитали, что детям он навредит. Возможно, причина была в том, что эти психологи представляли Департамент образования: «Это абсолютно подчиненные люди — как в военной организации. Что им сказали, то они и говорят, если надо бороться с нашими проектами».

С другой стороны, те же люди подходят к архитекторам на выставках и спрашивают, почему они остановились на черном. Остается лишь в очередной раз объяснять, что «ничего экстремистского» по отношению к детям в бюро не делают.

Директор школы


Ольга пережила личную трагедию, когда директор школы в Куркино распорядилась закрасить стены в пастельные тона: «Здание, такое классное снаружи, внутри просто умерло. Туда заходить не хочется, потому что у тебя сразу мозги отключаются и ты засыпаешь. Там невозможно находиться». Похожая история произошла в Некрасовке, где по требованию директора пришлось перекрашивать колонны.

Департамент образования

На рендерах детского сада в Бескудниково были нарисованы фигуры людей в духе работ Малевича. Ольга считает этот фасад одним из лучших, но Департаменту образования он казался «расчлененкой».

Была и еще одна проблема: фасад поделен на разноцветные полосы, и средняя, бирюзовая, не нравилось чиновникам. Ее решили сделать оливковой, но стало хуже. Тогда глава бюро предложила вместе искать тот оттенок зеленого, который «зажжет», и тогда в бюро сошлись на цвете молодой травы:

«Мы отправили этот вариант на почту со словами „нам нравится, спасибо вам большое“. Потому что стало круче. В этом смысле любое замечание при согласовании может как убить проект, так и улучшить».

Детский сад в Бескудниково © «Проект-Реализация»

История закончилась хорошо: детский сад реализовали, а проект отправился на Венецианскую биеннале.

Еще одна стычка с Департаментом образования произошла во время работы над школой в Левобережном районе. Ольга задумала сделать большой кинозал, который по желанию превращается в концертную или театральную площадку. Но из-за техзадания чиновники поделили его на три части:

«Мы сначала расстроились, потому что нам жалко наш зал на 1200 мест. А потом нарисовали три зала, но очень разных: первый — амфитеатр с круговой сценой посередине, второй — с огромной сценой 19×10 метров — симфонический оркестр может играть. Третий — конференц-зал. Появилась сложная история — она нарисовалась в неожиданном симбиозе с Департаментом образования, хотя они с нами и борются».

Школа в левобережном районе © «Проект-Реализация»

Строители


За время интервью Ольга не раз вспоминала, как задуманное портили на стройке. В садике на 330 мест в Балашихе инвесторы позволили строителям удешевить и фасад, и внутреннюю отделку, в результате чего архитекторы «просто плакали».

По этой причине «Проект-Реализация» больше любит работать с госзаказами — на них подписываются акты, и пока Ольга не утвердит документы, строитель не получит деньги. Таким образом архитекторы могут влиять на процесс и предъявлять требования исполнителям.

В то же время это не позволяет расслабиться: «У нас все время скандалы со строителями. Но так как в этом смысле мы дружная параноидальная мастерская, то мы фасады проверяем до посинения. Пока у нас все окна с разбивкой не сойдутся, мы [ничего] не подписываем».

Дошкольное отделение школы № 481 на Нижегородской улице © «Проект-Реализация».
По словам Ольги, здание реализовали практически так, как хотели в бюро

Инженеры


Один из ведущих архитекторов студии, Светлана, потратила полгода жизни, чтобы совместить проект школы в Некрасовке с реальной стройкой:

— Мы в журнале авторского надзора даже написали, что сначала надо смотреть чертежи, а потом выполнять строительно-монтажные работы. Там юморист такой из Питера, прораб на стройке, он послал человека, который ходил за мной с чертежами, открывал их и закрывал. Это такой смех и слезы. Но мы пытаемся спасать проекты, бьемся за них до конца.

Проектные институты


В финал конкурса на строительство школы в московском районе Левобережный вместе с «Проектом-Реализацией» вышел МНИИТЭП. Департамент строительства и Департамент образования отдали предпочтение Ольге — у нее, в отличие от проектного института, был больший опыт и меньший бюджет. Но в решающий момент голоса отдали МНИИТЭПу. 

Тогда Ольга написала заявление в ФАС, и архитекторы выиграли суд против института. Сейчас по всем документам проект школы принадлежит бюро Ольги. За год, что шли прения и разбирательства, здание стало лучше: добавили оригинальное решение с актовыми залами, зимние сады, амфитеатр.

Для тех, кто испугался


При таком числе противников легко сдаться — кажется, что бой невозможно выиграть. Но бюро Ольги существует с 1996 года. Что ей помогает держаться на плаву?

— Я когда устаю от всего этого издевательства со всех сторон, думаю: с другой стороны, город же тратит 2 миллиарда, чтобы построить то, что я нарисовала? Наверное, это тоже успех.

5 любимых проектов Ольги Бумагиной:


Школа на 1100 мест в 7-м квартале Некрасовки, 2018 г.

Школа на 852 места в мкр. Загорье, 2013-2014 гг.

Детский сад на 300 мест в Бескудниково, 2014 г.

Дошкольное отделение школы на 300 мест на ул. Нижегородская, 2013 г.

Детский сад на 350 мест в Десеновском (ЖК «Новые Ватутинки»)

РАССЫЛКА arch:speech
 
Свежие материалы на arch:speech


Загрузить еще