За последнее десятилетие стрит-арт стал важной частью российского искусства. Не последнюю роль сыграл в этом Нижний Новгород: череда обстоятельств привела к тому, что местные уличные художники выработали самобытную и уникальную манеру, сильно выделяющую их на фоне авторов из других городов. Рисунки в нижегородских дворах и на стенах заброшенных домов постепенно приобрели культовый статус и стали полноценной туристической достопримечательностью.

© streetartnn (Instagram)

Книга, которую куратор Алиса Савицкая и художник Артем Филатов посвятили этому явлению, вышла в рамках программы «ГАРАЖ.txt», направленной на поддержку исследователей современного искусства. Эта работа мало похожа на типичные книги по стрит-арту — фотографии здесь не превалируют над текстом, а основное внимание отведено всестороннему и вдумчивому анализу, цель которого — понять природу уличного искусства в целом и в контексте конкретного города. Книга делится на два раздела: первый посвящен истории развития уличного искусства в Нижнем Новгороде, его истокам и характерным особенностям. Во втором приведены биографии семи художников и одного коллектива, списки самых заметных работ и выставок с их участием. Таким образом, «Историю нижегородского уличного искусства» можно с одинаковым успехом расценивать как неформальный путеводитель и как серьезную попытку систематизации самого спорного художественного направления современной России.

Книга пополнила небольшой список русскоязычных изданий, в которых российский стрит-арт рассматривается с исследовательской точки зрения. В 2019 году также увидела свет «Энциклопедия российского уличного искусства», которой archspeech посвятил отдельную статью.

С разрешения издательства «Гараж» мы публикуем отрывок из «Истории нижегородского уличного искусства».

 

Яков Хорев. Ул. Новая, 53. 2016. Нижний Новгород. Фото: Артем Филатов

Нижний Новгород — не просто старинный город с дореволюционным колоритом, это крайне сложная и многообразная структура, где причудливо смешиваются городской и сельский тип местности, центр и окраина, имперская, советская и постсоветская история. Город 2010-х, в котором работали нижегородские уличные художники, находился в состоянии руины: полностью опустевшие или ожидающие расселения жилые дома, фрагменты утративших свои функции построек, образовавшиеся на местах снесенных зданий пустыри, покосившиеся ограды, обнажившиеся перед горожанами дворы и закоулки. Руины Нижнего Новгорода причудливо сочетали в себе ностальгическую красоту руин романтических с руинами новыми, появившимися вследствие катастроф. Нижегородское уличное искусство, как и сами руины, оказалось неразрывно связанно с архитектурой, драма старения и разрушения которой физически вплеталась в ткань создаваемых художниками произведений. Искусство одновременно и обнаруживало травму городских развалин, и, подобно природе, смягчало ее и даже идеализировало — масштабные росписи с изображениями растений, камней, животных, птиц и выдуманных персонажей проявляли в городском пространстве распадающиеся следы прошлого и делали этот распад предметом созерцания. Так, в рамках проекта «Взаимодействия» (2014–2016) Андрей Дружаев создавал сложные композиции из веток, которые крепились на фасады жилых и заброшенных домов. Ветки выглядели как естественный растительный покров, рукотворность которого при ближайшем рассмотрении выдавали сложные изгибы линий и композиционные решения. В 2014 году Яков Хорев начал работать с белым цветом: руины домов художник покрывал ровными монохромными линиями, скрывая за ними болезненные слои городской истории.

Художники не ставили перед собой задачу делать высказывания «на злобу дня», динамике изменений и скорости реакции на них противопоставляли фиксацию состояния безвременья и медлительное, задумчивое осмысление. Отношения искусства с пространством можно описать как попытку удержать на месте время и понять его, выражение необходимости твердо стоять на земле и что-то перед собой видеть, желание следовать ходу событий и верить в причинно-следственные связи. Результатом этого отношения стали визуальная и смысловая архаичность, символизм и аллегоричность создаваемых в городе произведений. Даже работы, непосредственно связанные с городской проблематикой и риторикой культурного наследия, обретали усложненную и иносказательную форму. В рамках проекта Outdoors Андрей Оленев создал два произведения, посвященные заброшенным деревянным зданиям: на сгоревшем деревянном доме он инсталлировал закрытые на замок ставни («Оконные ставни», 2016), декорированные росписями на тему пожара, старости и смерти; на так называемом доме Карамзина, где, по преданию, знаменитый историк писал седьмой том «Истории государства Российского», художник заколотил расписанными досками последнее открытое окно («Доски», 2017). В 2017 году Артем Филатов обратился к дому А. И. Троицкого (1907) — уникальному для Нижнего Новгорода памятнику архитектуры эпохи модерна, стремительно разрушавшемуся по вине собственника: на месте, где некогда находилась табличка «Департамент культуры Нижнего Новгорода», художник закрепил бетонную плиту с надписью Et in Arcadia ego (лат. «Я тоже был в Аркадии»).

Многие работы нижегородских художников были связаны с внегородским историческим и культурным контекстом. Прямые и косвенные отсылки к литературным цитатам и философским текстам, изобразительному искусству и науке прошлого, доминант натурфилософского подхода к познанию окружающего мира — в той или иной пропорции эти черты можно проследить в большинстве произведений наряду с намеренной и иногда чрезмерной эстетизацией. В середине 2010-х нижегородскому уличному искусству удалось ненадолго зафиксировать хрупкий баланс между собственной визуально-смысловой парадигмой и развалинами домов. Говоря о городе, художники нередко использовали в качестве синонима слово «дом». Именно работа с домом стала важной частью стратегии многих авторов, на время возвращавших забытым и зачастую ненужным постройкам заботливое касание человеческой руки. Дом замещал собой распространенное в уличной среде других городов публичное пространство, многие высказывания имели приватный характер, и первоначально художники адресовали их небольшому кругу зрителей или даже самим себе. Важную роль в работе нижегородских художников играли социальные эмоции: личные переживания и ощущения, воплощенные в форме конкретного произведения, становились частью культурной политики города.

Методология исследования города нижегородскими уличными художниками была близка современному определению фланера, наблюдающего городскую жизнь, и городской разведке, связанной с проникновением на скрытые от взгляда горожан территории. Неслучайно следствием развития нижегородского уличного искусства стал всплеск городского туризма — в моду вошли как экскурсии-прогулки с художниками, так и самостоятельный поиск вновь созданных и опубликованных в интернете произведений. При этом зритель неизменно находился на позиции «романтического туриста», путешествующего в поисках эстетических переживаний, а встреча с искусством оставалась уникальным опытом, неповторимым в других городах — вопреки мировым тенденциям произведения нижегородских уличных художников сохранили свою локальность, не поддающуюся распространению и воспроизводству за пределами Нижнего Новгорода. В 2014 году Артем Филатов на базе Google Maps составил интерактивную карту нижегородского уличного искусства, которая пополнялась как самим художником, так и силами зрителей — любой желающий мог прислать фотографии обнаруженных в городе работ или опубликовать в социальных сетях под хештегом #streetartnn. Карта стала источником информации для горожан, иногородних туристов и исследователей. В конце 2018 года было зафиксировано около 180 существующих и 60 утраченных произведений.