Книга «Искусство тоталитарной Италии»

В издательстве «РИП-Холдинг» вышла монография Анны Вяземцевой «Искусство тоталитарной Италии». Дмитрий Гончарук изучил это 464-страничное издание и делится своими впечатлениями.

Книга «Искусство тоталитарной Италии»

Эпитет «фашистский» заслуженно вызывает самые негативные эмоции, тем труднее рассказывать о межвоенном искусстве Италии без политических оценок. Искусствоведческий интерес нередко воспринимается как одобрение или оправдание фашизма, едва ли не его пропаганда, и с этим трудно что-то сделать. Монография Анны Вяземцевой «Искусство тоталитарной Италии» призвана изменить такое отношение.

Книга стала второй частью трилогии о существовании искусства при тоталитарных режимах, задуманной в издательстве «РИП-Холдинг». Первая, «Искусство Третьего Рейха» Юрия Маркина, вышла в 2014 году, а темой следующей станет сталинская эпоха в СССР. Преемственность подчёркнута и оформлением обложки — грубое лицо атлета с Мраморного стадиона в Риме вторит суровому профилю с немецкого горельефа.

Годы нахождения Бенито Муссолини у власти в Италии принято называть Ventennio fascista, то есть «фашистское двадцатилетие», или просто Ventennio. Этот период начался 30 октября 1922 года, когда в результате «похода на Рим» Муссолини стал премьером Итальянского королевства, а закончился госпереворотом 25 июля 1943-го, когда дуче арестовали в королевском дворце.

Если в Германии искусство действительно было полностью подчинено нацистами, то на Апеннинском полуострове тоталитаризм в политике почти не отразился на художниках и скульпторах и в большей степени нашёл отражение в архитектуре. Здесь никого не клеймили за «формализм», не было и разговоров о «дегенеративном искусстве». Чтобы объяснить, как так получилось, автор начинает издалека. Из 464 страниц труда «вводная» часть о творческих поисках конца XIX — начала XX века занимает более ста. Читателю, который впервые взял эту книгу в руки, пространный пролог может показаться чрезмерным, но это не так. Понять, почему в Италии 20-е — 30-е оказались вполне свободными для творчества, а авангард уживался с неоклассикой, можно только проследив за процессами становления искусства в стране, которая начала складываться как единое государство только в середине XIX века.

Архитектуре и градостроительству в книге уделено значительное место. Ведь в этих областях искусства итальянский тоталитаризм выразился рельефнее всего. Даже успел выработаться официальный «ликторский» стиль (ликторские знаки — эмблема фашизма), который объединил черты неоклассики, ар-деко и функционализма, а в чём-то предвосхитил неомодернизм. Самый его яркий представитель — Марчелло Пьячентини, автор пьяцца Витториа в Брешии, ректората университета «Ла Сапиенца» в Риме и Дворца юстиции в Милане.

Уже упомянутый стадион на Итальянском форуме (Энрико дель Дебио и Луиджи Моретти), открытом в 1932-м как «форум Муссолини», — одна из незаслуженно «необязательных» римских достопримечательностей. Известнее Дворец итальянской цивилизации, или «квадратный Колизей» в районе EUR, спроектированный Джованни Геррини, Эрнесто Бруно Ла Падулой и Марио Романо для так и не состоявшейся Всемирной выставки 1942 года и достроенный только к 1952-му. Подробно рассказывается не только об объектах в Риме или Милане, но и ансамблях других городов (им посвящена четвёртая глава). Как и во времена Возрождения, живопись и архитектура в Италии межвоенного двадцатилетия неразрывны. Так, из музея в здание дворца почты в Бергамо в 90-е вернули два полотна Марио Сирони.

Межвоенное архитектурное наследие чаще всего игнорируется туристами, а ведь эти здания порой невозможно миновать. Например, центральные вокзалы в Милане, Венеции и Флоренции. Мощные архитектурные ансамбли того времени сохранились в Брешии и Бергамо. Направленная на Собор Святого Петра Виа делла Кончилиационе и ведущая к Колизею Виа дей Фори Империали — тоже результат бурной деятельности Муссолини, ставшей примером и для советских градостроителей. Одним из символов ventennio стал плакат, на котором изображён напряжённый дуче, разбивающий киркой здание, мешающее новой магистрали. Он мечтал «освободить от посредственных наслоений весь древний Рим». Под ними подразумевалась и средневековая, и ренессансная застройка. Альтернативное воплощение того времени в камне — римский район Гарбателла с многочисленными и непохожими друг на друга жилыми «палаццо для рабочих», где нет ни одной прямой улицы.

Освещая весь путь развития искусства тоталитарной Италии, Анна Вяземцева даже заглядывает немного вперёд, показывая его влияние на творцов следующих десятилетий. Материал подан таким образом, что читателю хочется встретиться с изучаемым пластом итальянского искусства «вживую». Вы точно не пройдёте мимо залов с живописью времён «двадцатилетия» и включите кварталы 20-х — 30-х годов в маршруты прогулок по Риму, Милану и другим итальянским городам.

РАССЫЛКА arch:speech
 
Свежие материалы на arch:speech


Загрузить еще