Tham & Videgard Arkitekter

Отель в северной тайге

Зеркальный куб в чаще шведской тайги, совсем близко к полярному кругу, был, пожалуй, одним из первых нашумевших примеров «зеркальной архитектуры». Конструкция 4×4х4 м из алюминия, облицованная стеклянными панелями, представляет собой типичный «дом на дереве». Ствол вековой сосны оказывается ровно в центре куба — внутри вообще много всего сосново-деревянного. Деревом отделаны стены и пол, из дерева сделана двуспальная кровать. А еще здесь есть небольшой санузел, гостиная и даже «открытая терраса» — через прозрачный люк, в который ночью видны звезды, можно вылезти на плоскую крышу.

Кстати, о ночи: это единственное время, когда снаружи можно увидеть четыре окна, благодаря которым постояльцы получают панорамный обзор. В конце концов, те, кто приезжают сюда, очевидно хотят максимально близкого контакта с природой — такого, чтобы в буквальном смысле в ней раствориться.

Tham & Videgard Arkitekter

Tham & Videgard Arkitekter

Зеркальные поверхности куба, отражая окружающий лес, действительно, настолько сливаются с пейзажем, что пришлось специально придумывать защиту для птиц — чтобы те по ошибке слету не врезались в «невидимые» стены. К счастью, зрение у пернатых устроено иначе, чем человеческое, и нанесенная в итоге на стекло пленка, излучающая ультрафиолет, видна только им.

Побывать в экстремальных условиях, но провести при этом время с комфортом — возможность, которая дорогого стоит. Внутри отеля независимо от капризов природной стихии всегда тепло и сухо: придумать легкую конструкцию, которая могла бы это обеспечить, стало еще одним вызовом для архитекторов Tham & Videgård Arkitekter. В каком-то случае у них получился проект — ода технологиям: чтобы выполнить поставленную задачу, они использовали большое количество композитных материалов — облегченных по весу, очень прочных, с высокими термо- и гидроизоляционными характеристиками. Аналогичными свойствами обладают и современные зеркала: подробно о них мы писали в отдельной статье.

Tham & Videgard Arkitekter

Invisible Barn. STMPJ

Сарай в калифорнийском лесу

Проект Invisible Barn тоже использует «камуфлирующие» свойства зеркал. Архитекторы STMPJ разработали его для студенческого конкурса, и хотя не выиграли, жюри порекомендовало к реализации именно их вариант. Так в живописном месте под названием Саген-Крик возникла необычная постройка — с окнами и дверями, но, как кажется, только с ними. Крыши и стены, покрытые зеркальной пленкой, исчезают в недрах калифорнийского леса. Эффекту способствует и тот факт, что окружающие «невидимый сарай» деревья — примерно одного вида и размера.

Таким образом, отделанные фанерой дверные и оконные проемы оказываются «висящими» прямо в воздухе. А чтобы окончательно дезориентировать наблюдателя, архитекторы выбрали для здания форму кристалла (в плане — вытянутый параллелограмм). Из-за этого с некоторых точек обзора «сарай» кажется не толще листа бумаги. Разобраться, что к чему, можно только пройдя во все двери и без стеснения залезая в окна. Тем более, что в зеркальном доме никто не живет: это просто игрушка, развлечение для лесных путников, аттракцион для туристов. Если мы чего-то невидим — значит, сквозь это можно пройти: именно это американские архитекторы и предлагают всем сделать.

Invisible Barn. STMPJ

Invisible Barn. STMPJ

Invisible Barn. STMPJ

Phillip K. Smith III

Хижина в американской пустыне

На игре «видимых» и «невидимых» поверхностей построено и еще одно любопытное сооружение Нового света, которое автор — Филипп К. Смит третий (Phillip K. Smith III) назвал Lucid Stead, дословно «прозрачное место». Хижина, сложенная из простых деревянных досок, простояла в пустыне 70 лет — прежде чем художник не пришел и не закрыл ее окна, двери и часть досок (ровно через одну) зеркалами.

«Это проект про то, как, на самом деле, изменчива пустыня», — рассказывает художник. Обычно мы этого не замечаем — но «полосатая» хижина, заметная издалека, невольно приковывает взгляд. «Приближаясь к ней, ты видишь, как меняются отражения — и осознаешь, что пейзаж вокруг разнообразен и достоит кисти художника», — говорит Филипп. В данном случае — скорее валика, с помощью которого он наносил на доски клей.

Phillip K. Smith III

Впрочем, приклеенные им зеркала не так просты, как кажутся. Вечером по периметру каждого зажигается белая светодиодная подсветка, эффектно и графично очерчивая контуры здания. А самые большие зеркальные поверхности — проемы двери и окон — горят цветным светом. И оттенки каждого «светильника» тоже постепенно меняются, но очень медленно, продолжая тему необходимости сосредоточенного и неторопливого наблюдения, к которому призывает своим проектом художник: «Вот кажется тебе, что они синие, красные и желтые. И вроде бы долго смотришь, и ничего не меняется. Но стоит опустить взгляд, пройти в сторону пару метров и вновь поднять глаза, как окажешься перед окнами, которые светят оранжевым, фиолетовым и зеленым».

Phillip K. Smith III

Фото © Lance Gerber, Steve King, Lou Mora

Peter Pichler

Жилой дом в южных горах

Быть может, создалось впечатление, что зеркальная архитектура актуальна только для полуэкспериментальных-полухудожественных инсталляций? Как бы не так: например, итальянский архитектор Петер Пичлер (Peter Pichler) получил заказ сразу на два зеркальных жилых дома.

Их заказчики — обитатели фермы в Южном Тироле, среди зеленеющих гор, — мечтали, чтобы будущие «убежища на природе», которые они планировали сдавать, минимально нарушали здешний пейзаж. И облицованные зеркалами фасады стали лучшим способом выполнить их пожелание — два стоящих рядом прямоугольных объема не тревожат ни ландшафт, ни хозяев. А заодно обеспечивают редкую степень приватности, на которую у гостей подобных мест часто есть спрос: как говорится, не видишь — не бредишь, и не возникает соблазна лишний раз подсмотреть.

Впрочем, с востока стеклянные фасады от пола до потолка у обоих домов не зеркальные, а прозрачные: должна же у постояльцев быть возможность беспрепятственно любоваться окрестными видами! На эту сторону выходят зоны кухни-гостиной, обогащенные еще и изогнутой формы «прорезями» на фасаде с торца. А расположенные в глубине ванные и спальни освещаются окнами в кровле.

Peter Pichler

Фото © Oskar Da Riz

Фото © Oskar Da Riz

Фото © Oskar Da Riz

Галерея-музей в Южной Корее

Зеркальная архитектура, при всей своей «незаметности», способна провоцировать и бросающиеся в глаза контрасты. Например, архитекторы Yoon Studio Design, реновируя музей Юня Жиль-Яня — известного в Южной Корее художника-керамиста, — сделали зеркальную пристройку, чтобы акцентировать классические пропорции и отделку основного здания.

Вдобавок к ультрасовременной облицовке они придали пристройке и подчеркнуто модернистские формы: значительную часть дополнительной галереи составляет лестница, устремленная наверх, в небольшое прямоугольное выставочное пространство.

Yoon Studio Design

Здесь экспонируются последние работы художника, в то время как выставка основного здания посвящена в большей степени биографии и творческому пути Жиль-Яня.

Кстати, интерьер галереи — это еще один впечатляющий контраст: все «внутренности» лестницы отделаны красным, а помещения с расставленными на полках и столах керамическими фигурками — деревом.

Фото © Song Gi-myoun/Indiphos

Фото © Song Gi-myoun/Indiphos

Фото © Song Gi-myoun/Indiphos

Туристический центр в ботаническом саду

Австралийский архитектор Чарльз Райт (Charles Wright) утверждает, что при проектировании входной группы в Кернские ботанические сады в штате Квинсленд вдохновлялся костюмами героев «Хищника». Того самого культового фильма 1987 года с Арнольдом Шварценеггером в главной роли. Облегающие атлетические фигуры кожаные жилеты, вероятно, стали прототипами обоих криволинейных павильонов с аналогичной формы променадом между ними. Ну, а тема камуфляжа нашла отражение в зеркальной облицовке, простите за каламбур.

Возвращаясь к «Хищнику», вспомним, что кожаные жилеты путешественников по тропикам были отнюдь не гладкими и однородными, а с большим количеством карманов, клапанов и ремней. Вот и Чарльз Райт, вместо того, чтобы зашивать фасады крупноформатными листами стекла, раздробил покрытие на множество панелей поменьше, расположив их под небольшим углом друг к другу.

Charles Wright

Извилистый пешеходный променад словно анонсирует посетителям маршруты, которые им предстоит проделать, осматривая растения, собранные из тропических зон Северной Австралии и Юго-Восточной Азии. Архитектура зданий тоже как будто следует за ландшафтом, повторяя рельеф участка за счет организации ведущих наверх ступеней или спускающихся вниз амфитеатров.

Внутренние «маршруты» в обоих павильонах тоже имеют нелинейные формы. В одном расположено кафе, выставочные залы и что-то вроде большого многофункционального «зала ожидания». Во втором — преимущественно офисы сотрудников ботанического сада.

По мнению авторов, туристический центр является современной интерпретацией «тропической архитектуры», ярким противопоставлением всем известным клише вроде дощатых полов, известняковых стен и соломенных-бамбуковых крыш. Потому что самое глубокое проникновение природы в архитектуру происходит все же за счет стекла и зеркал. Вероятно, что-то изменится, когда человек научится выращивать дома, как деревья или грибы — но это уже совсем другая статья.

Charles Wright

Charles Wright

Charles Wright