«Сроки становятся просто экстремальными, и никто не хочет об этом слышать»

«Причем, не важно: городские это или частные объекты — все очень сильно спешат», — таким запомнился уходящий год для Александра Цимайло и Николая Ляшенко.

«Сроки становятся просто экстремальными, и никто не хочет об этом слышать»

Специально к V Юбилейной Премии Архсовета Москвы-2017 руководители бюро «Цимайло Ляшенко и Партнеры» проанализировали, каким выдался уходящий год в архитектуре Москвы.

Что хорошего было в 2017 году


Николай Ляшенко:
Во-первых, несмотря на то, что очень много критики получил проект «Моя улица», можно считать, что, благодаря ему, мы теперь все живем немного по-другому, и все стало чуть удобнее. Появились прекрасные зоны для пешеходов, Москва стала интереснее с точки зрения восприятия не только больших магистралей, но и человеческого масштаба. Мне кажется, что это — очень позитивное событие, которое нужно просто для себя принять. Конечно, мы слышим разные высказывания по данной теме, но, на мой взгляд, «Моя улица» — огромный плюс.

Во-вторых, получила развитие музейная тема, как важная составляющая культурной жизни Москвы, как некое направление, которым активно начал заниматься город, а затем подхватили общественные организации, частные инвесторы. Актуальные примеры этому: Пушкинский музей, Третьяковка, проекты Ренцо Пьяно. Также можно отметить выставочную тему, которая сейчас зарождается и продвигается на ВДНХ, завершенный проект музея современного искусства в Парке Горького «Гараж».

Одной из таких экспозиций в «гараже» стала персональная выставка Дэвида Аджайе. В интервью arch:speech Дэвид рассказал, на какие две составляющих он делит архитектуру и за какой проект чуть не угодил в тюрьму.

Все эти примеры объединяет одно — они являются мелкомасштабными проектами, ориентированными на человека. Это — не мега-районы, не глобальные проекты. Музейные и около-музейные истории направлены на изменение внутригородского климата и улучшения качества жизни. Мне кажется, что в данном тренде в 2017 году произошла существенная динамика. И это очень хорошо, потому что культура имеет самое непосредственное отношение к улучшению атмосферы городской жизни. Участвовать в музейных «историях» стало модно. Потому что мода бывает разная. И в данном случае она направлена на то, чтобы создать город более интересным и насыщенным.


Что пошло не так в 2017 году


Н.Л.:
Сейчас строительство и проектирование в Москве производятся поистине в промышленных масштабах. А когда появляется слишком много предложений на рынке, стоимость продукта или услуги снижается. В конечном итоге это может повлиять на качество. В принципе, такие опасения есть каждый год, но в 2017 году риски, на наш взгляд, увеличились в связи с увеличением планов нового строительства.


Какие московские проекты привлекли внимание


Александр Цимайло:
Разумеется, все следили за «Зарядьем». Очень интересно наблюдать за музеем, который проектирует Ренцо Пьяно. Собственно, реновация тоже интересна. Очевидно, что пока не понятно, как это будет дальше. Сейчас я разделяю по этой программе те опасения, о которых сказал Николай: все происходит слишком быстро. Беспокоит даже не масштаб, а скорость перемен. Все мы в нашем общем архитектурном цехе находимся в ситуации, когда нас постоянно подгоняют делать быстрее и быстрее. Все очень спешат. Мы понимаем, что сейчас во всем мире так делается, но в Москве сроки становятся просто экстремальными, они сказываются на качестве, а никто не хочет об этом слышать. Причем, не важно: городские это или частные объекты — все очень сильно спешат.

Ренцо Пьяно
По новому проекту Ренцо Пьяно в Москве мы делали отдельный обзор 

А так как у нас профессия связана все-таки с интеллектуальным трудом, то есть прямая зависимость наличия времени и качества производимого продукта. Между тем времени на размышление, принятия решения и на анализ остается все меньше и меньше. И это очень печально.

Н.Л.: Это как пытаться ребенка родить за шесть месяцев. Теоретически это возможно. Но потом возникает вопрос: будет ли он здоровым и полноценным? Так и в архитектуре: есть определенные процессы, «перепрыгивать» которые сложно и в конечном счете скажется на итоговом качестве продукта.


О реновации


— Изменилось ли к ней отношение? С момента объявления прошло несколько месяцев, за которые поменялась и риторика разговоров, и сама программа обросла подробностями.

Н.Л.: Мы участвуем в разработке проектов реновации: сделали предложение по проекту квартальной застройки участка по Головинскому шоссе. Проект разработан консорциумом, в который кроме нашего бюро входят Michel Desvigne Paysagiste, Valode & Pistre Architectes, НП «Научно-исследовательский институт транспорта и дорожного хозяйства», специалисты по экономике, социологии и пр.

Когда ты погружаешься в процесс, понимаешь проблематику, беседуешь с жителями, тогда выкристаллизовываются пути решения и выстраиваются приоритетные задачи по развитию того или иного участка. С этой точки зрения стал значительно более понятен данный материал, несмотря на его масштаб. Ясно, что речь идет о точечной задаче, которую нужно решать в каждом случае индивидуально, а не по принципу: «все снести и заново построить». Напротив, ты должен работать в сложившейся среде и по-медицински стараться не навредить, а наоборот улучшить качество жизни. В такой интерпретации это становится интересной проектировочной задачей.


Концепция реновации Головинского района от консорциума «Цимайло, Ляшенко и Партнеров»

А.Ц.: Сейчас мы относимся к программе реновации скорее как к исследовательскому проекту. Понятно, что то, как она будет развиваться дальше, предсказать невозможно, потому что программа очень масштабная и сложная. Но если относится к конкурсу, в котором мы участвуем, как к исследованию проблемы, то, как нам кажется, можно сформулировать очень интересный подход к решению будущих задач, потому что можно будет понять пути движения, по которым дальше двигаться. Сейчас, можно сказать, обсуждается пилотный проект. Далее нужно смотреть, что с ним будет дальше, какова будет реакция публики.


О реакции населения на программу


Н.Л.:
Очевидно, что обстановка сильно накалена. Связано это с тем, что очень мало информации доносилось до людей, которых это конкретно касается. Но в последнее время эта ситуация изменилась в правильном направлении: с людьми налаживается диалог, что, на наш взгляд, совершенно необходимо. Нужно донести до горожан информацию о том, что их ожидает и снять напряжение качественным продуктом. Если уже на стадии проекта грамотно все сформулировать, объяснить и показать все «плюсы» не только тем, кто будет переселяться в новые дома, но и жителям районов, на чьей территории развернутся стройки, то вероятность конфликтов будет снижена. То есть нужно сделать такой сбалансированный проект, который предусматривал бы интересы всех людей. Это очень сложная задача, но именно поэтому она и интересна для нас, потому что необходимо учитывать все пожелания и уйти по возможности от всех конфликтов.

Именно архитектурным проектом можно, на наш взгляд, предусмотреть правильные ответы на все острые социальные вопросы. Также очень важно суметь их донести правильным образом до людей — не ультимативно, а при помощи выстроенного прозрачного диалога. Тогда, я думаю, что и особых сложностей во время реализации программы реновации не будет. Особенно если строительство будет осуществляться по тем проектам, которые были задуманы. Подобный подход, на мой взгляд, и поможет снизить общий накал страстей.

Еще очень важно, какое решение в результате будет принято. Потому что предложений по каждому участку много, и до сих пор никто до конца не понимает экономическую составляющую. Важно, что же люди в итоге получат. Если будет человеческий масштаб и реализовано все то, что анонсировалось в начале, то, скорее всего, все будет воспринято достаточно позитивно. Если же история приобретет иной характер, который будет связан с существенными изменением стартовых обещаний, то тогда волнения неизбежны.

А.Ц.: Нужно понимать, что все равно будут те, кто недовольны. Неважно, что ты делаешь. Во всем мире так: всегда находятся «городские сумасшедшие», которые выступают с негативной реакцией в не всегда адекватных формах. Но мы думаем, что можно уменьшить их количество, если начать правильно общаться с жителями. Главное, чтобы были довольны те, кто потом там будут жить.

— Говоря о своих потенциальных задачах и интересах по участию в программе реновации, вы описываете функционал социологов, конфликтологов, урбанистов, городских исследователей. А есть ли место в ней собственно архитектуре и архитекторам?

Н.Л.: Сейчас мы занимаемся скорее градостроительной задачей: нужно свести все вводные данные, всю аналитику в единое целое. Речь пока не идет о том, чтобы придумать красивый фасад, или поработать с объемами и фактурой. Это — следующий этап, и он зависит от того, достаточное ли количество времени и средств будет выделено. Существует такое заблуждение: дескать, массовое, недорогое жилье проще и дешевле проектировать. На самом деле, это не так. Его проектировать значительно сложнее, потому что ты должен придумывать очень бюджетные решения, которые при этом имели бы высокое качество.


О парке «Зарядье»


и о разнообразной реакции, которую он вызвал у пользователей социальных сетей еще до того, как они побывали в парке.

А.Ц.: Начнем с того, что в нашей стране у архитекторов нет существенного социального веса, по сравнению, например, с Европой, где архитекторы — заметные люди в городской жизни, которые имеют возможность донести свою мысль, объяснить людям, что не все нужно воспринимать только первым ощущением. Что иногда нужно несколько слоев или чуть больше времени, чтобы понять какие-то вещи. У нас нет такой культуры и практики. У нас сперва появляется некий строительный объект, а потом — разнообразные суждения вокруг него. Возможно, было бы интереснее, если бы горожанам объясняли, причем еще на стадии проектирования: какие задачи решает это объект, как устроена концепция его дальнейшего развития.


Что планировали для парка «Зарядье» и что получилось, мы сравнивали на схемах в высоком разрешении.

Вторая причина такой неоднозначной реакции публики на «Зарядье» связана с тем, что у нас всегда есть кредит недоверия не только к власти, но и к людям, которые что-то делают. И это не беспочвенно, потому что многие проекты и инициативы плохо заканчивались. Сейчас вроде бы есть тенденция к улучшению качества и архитектуры и принципов работы с городской средой, но тот самый кредит недоверия еще сохранился.

Наконец, третья причина негативного отношения заключается в том, что недовольным быть всегда легче и даже выгоднее. Если ты недоволен, то как бы создаешь у других иллюзию того, что у тебя есть собственное мнение. Наверное, со всем этим нужно как-то сжиться. Мне кажется, что ничего страшного в такой реакции нет. Она неизбежна в том обществе, в котором мы сейчас живем. Со временем люди свыкнутся с Парком, полюбят его.


О новых именах


и командах, которые появились в 2017 году на московской архитектурной сцене

А.Ц.: Мы в этом году были членами жюри Первой Российской Молодежной Архитектурной биеннале, где свои работы представляли молодые архитекторы, интересные коллективы. Биеннале показала определенный уровень, он неплохой, и мы рады тому, что есть новое поколение архитекторов.

Создание собственного имени, репутации, бренда — это такой накопительный процесс. Мне сложно сказать, что, допустим, именно в этом году случилось некое знаковое событие, которое привело к успеху тут или иную команду. Мы с удовольствием наблюдаем за работой таких бюро, как Wall, «Космос», другими коллегами. Нам приятно, что они работают не потому, что им не на что жить, а занимаются тем, что им действительно интересно, таким образом растут профессионально.

Об итогах молодежной биеннале мы писали в обзоре шести призеров.

Мы отмечаем рост общего уровня профессиональной среды. Речь идет не о каких-то единичных случаях, ростках, скорее, о том, что вызревает целый пласт хороших архитекторов. Преподавая в МАРХИ, мы это видим и по студентам: как растет интерес и глубина их подхода к профессии.


Как прошел год для бюро


Н.Л.:
Во-первых, мы в этом году проиграли много конкурсов...

А.Ц.: Да, нам «наконец-то» удалось это сделать. При этом мы сами довольны теми проектами, которые сделали. Работы у нас много, она очень интересная, и в этом отношении у нас все хорошо. Нам кажется, что рост и взросление нашего бюро происходит очень логично, последовательно и закономерно.

Н.Л.: Действительно, есть ощущение, что за последний год наша команда выросла и стала лучше. Мы всегда следим и за профессиональным уровнем наших коллег и за климатом в коллективе, потому что очень много времени проводим вместе. А для этого должно быть здоровое общение и такая здоровая «семья». Для всего нашего бюро это важно. Мы за последние 1,5 года уже не расширяем штат, опасаясь лихорадочного роста, с которым можем не справиться. Нам кажется, что сейчас у нас подобралась хорошая, уверенная в себе, профессиональная команда. И с этим чувством мы идем в Новый Год!

Цимайло Ляшенко и Партнеры
В отдельном обзоре мы рассказывали, как устроен сам офис и работа в бюро «Цимайло Ляшенко и Парнеры»


Что ждет архитектурную Москву в 2018 году?


Н.Л.: Да кто ж его знает…

А.Ц.: …Да все будет хорошо!

А.Ц.: Знаете, у нас в будущем году точно состоится одно событие, которое сподвигнет наш город на позитивные перемены — Чемпионат мира по футболу. Как ни крути, по крайней мере к лету начнется всяческая «движуха» в сфере благоустройства, строительства. А потом мы остаток года будем наслаждаться тем, что было сделано. Это такая хорошая история, которая лично мне дает надежду, что будет развитие.


 О премии Архсовета 


V Юбилейная Премия Архсовета Москвы
состоится 20 декабря 2017 года в «Доме на Брестской». За победу будут бороться лучшие проекты, получившие утвержденное архитектурно-градостроительное разрешение (АГР) в 2017 году. Отбор традиционно проводится в 6 номинациях:

  • жилье эконом-класса
  • жилье повышенной комфортности
  • образование и медицина
  • общественные здания
  • офисы и административные здания
  • торговля и быт

В состав жюри Премии входят члены Архсовета Москвы, ведущие архитекторы столицы, руководители крупнейших проектных бюро и иностранные эксперты под руководством главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова.

РАССЫЛКА arch:speech
 
Свежие материалы на arch:speech


Загрузить еще