Рем Колхас: как бросить журналистику и стать притцкеровским лауреатом

Москва кардинально изменила жизнь Рема Колхаса: до приезда сюда будущий притцкеровский лауреат и не думал становиться архитектором.

Рем Колхас: как бросить журналистику и стать притцкеровским лауреатом

Однажды молодой журналист Рем Колхас приехал в Москву. Друзья отвели его в Музей архитектуры им. А.В. Щусева, где он увидел работы конструктивиста Ивана Леонидова. В тот момент он понял, что хочет связать свою жизнь с архитектурой.

В проектах Леонидова архитектура превращалась в мощный инструмент, с помощью которого можно изменить жизнь человека, семьи или даже целого города. Будущего притцкеровского лауреата настолько это поразило, что по возвращении домой он бросил работу и поступил в Архитектурную школу Архитектурной ассоциации в Лондоне (AA School).

Рем в 1960-х


Начало


После первого приезда в Москву Колхас всерьез увлекся конструктивистами — точно так же, как Заха Хадид и Питер Айзенман. Он приезжал в Советскую Россию еще 11 раз. В одну из поездок в СССР Колхас попал в квартиру к вдове Леонидова. Он сидел на кухне, случайно провел по обратной стороне стола и нащупал какую-то шероховатость. Оказалось, что столешница сделана из доски с живописью архитектора — это был проект застройки Южного Крыма, изображенный на доске в технике иконописи.

Эти и другие находки, сделанные в странах соцлагеря, вдохновили Колхаса на диплом «Исход, или Добровольные узники архитектуры». Подобно Леонидову, голландский архитектор предложил четкое зонирование Лондона, но разделил город на две части, «хорошую» и «плохую». Чтобы люди не могли переходить из одной половины в другую, между ними возведена стена с колючей проволокой и сторожевыми вышками.

Волей-неволей работа ассоциируется с Берлинской стеной. Это подтверждает и сам Колхас: он увидел ее в годы студенчества и назвал «душераздирающе красивой». «Я понял, что красота архитектуры пропорциональна тому, сколько ужаса она внушает», — говорил он впоследствии.


После диплома


Колхасу было 31, когда он основал собственное бюро — ОМА («Офис городской архитектуры»). Среди ранних проектов — полицейский участок, танцевальный театр в Гааге и много работ, которые так и остались на бумаге.

Пройдет 25 лет, прежде чем он начнет получать престижные заказы, а до того Колхасу больше везет как публицисту — несостоявшаяся карьера журналиста сыграла на руку. Сначала выйдет «Нью-Йорк вне себя» — знаменитый антиманифест Манхэттена, а затем «S,M,L,XL» — альбом с нереализованными работами ОМА.


Дом (не) для инвалида


До архитектуры Колхас успел побыть не только журналистом, но и сценаристом. Это также повлияло на его архитектурный почерк: для Колхаса важно количество жизненных сценариев, которые может предоставить архитектура. Чем их больше, тем больше у человека свободы.

Способности к сценарному делу очень пригодились Колхасу в 1994 году, когда он делал проект виллы в Бордо. С появлением этого здания связано несчастье: заказчик попал в аварию и оказался в инвалидном кресле. Но он не хотел «дом для инвалида» — Колхасу предстояло создать пространство, где будет одинаково комфортно как человеку, парализованному ниже пояса, так и его жене и трем детям. «Вопреки тому, что вы ожидаете, я хочу сложный дом, поскольку дом определяет мой мир», — сказал клиент архитектору.

Для решения этой задачи Колхас придумал «летающий дом»: большая его часть находится на уровне второго этажа, откуда открывается вид на живописные окрестности. Внешне здание выглядит очень простым, но на деле инженерам потребовалось два года года, чтобы заставить его «полететь». Дом состоит их трех разных объемов — трех миров, отделенных друг от друга как визуально, так и функционально. Никаких специальных подъемников и лифтов в нем не предусмотрено: хозяин дома в коляске перемещается между этажами на бетонной гидравлической платформе.

Многие посчитают, что это плохой вариант для человека с ограниченными возможностями — он кажется не слишком безопасным и практичным. Но именно эта неделикатность, по мысли Колхаса, в конечном итоге освобождает.


Идеализм


Идеализм всегда был верным другом Рема Колхаса — в этом он сравнивает себя со своими любимыми модернистами 20-х. Когда в начале 2000-х его попросили спроектировать студенческий центр Иллинойского Технологического института, архитектор потратил немало времени на исследования. Он подробно изучил, как студенты перемещаются к станции метро, расположенной прямо над будущим зданием.

Эти маршруты и определили структуру здания, открытого в 2003 году — сеть проходов с «островками» разного назначения между ними, где каждый может найти себе место. А чтобы шум поездов не мешал студентам, Колхас заложил в конструкцию 140-метровую эллиптическую трубу и целиком спрятал в нее метростанцию.

В том же году на другом конце планеты появилось не менее удачное здание — посольство Нидерландов в Берлине. Постройку необходимо было вписать в ограниченное пространство, расположенное в самом центре города. Колхас решил сделать ее максимально лаконичной, но компенсировал это оригинальными внутренними решениями: зайдя внутрь, посетитель попадает в холл, который пронизывает все восемь этажей здания.

Посольство Нидерландов в Берлине похоже на кристалл благодаря сплошному остеклению и фасадной системе Schüco FWS 50, которая наряду с системой FWS 60 позволяет создавать фасады и светопрозрачные крыши. Благодаря совместимости с многими другими строительными компонентами это одна из самых продаваемых систем в Европе.
Schueco

В конце 1990-х Колхас начал работать и над другими знаменитыми проектами: библиотекой Сиэтла и Домом музыки в Порту. Показательно, что Притцкера архитектору дали еще до их реализации — как и конструктивистов, его отметили за проекты.

Притцкер


Сидя в кухне вдовы Леонидова, Колхас не мог предполагать, что повторит путь своего кумира — предвосхитит принципы, ставшие общим местом в современной архитектуре. Но если советского архитектора за смелые идеи обвинят в формализме, то карьера Колхаса сложится куда более удачно — его удостоили самой престижной архитектурной премии в мире.

На момент получения Притцкера за Колхасом еще не числилось грандиозных объектов; в сущности, его наградили именно за визионерство. Символично, что это произошло в 2000 году. Новому тысячелетию были нужны новые ценности — в том числе архитектурные.

Рем Колхас на церемонии вручения медали 29 мая 2000 года в Иерусалиме.

РАССЫЛКА arch:speech
 
Свежие материалы на arch:speech


Загрузить еще