Архи.ру: Разговор о форме: новый профессиональный журнал speech:

21.06.2008. Вчера в музее архитектуры Сергей Чобан и Ирина Шипова представляли первый номер нового архитектурного журнала SPEECH:, учрежденного архитекторами московской мастерской с таким же названием. Презентация сопровождалась лекцией токийских англичан Атрид Кляйн и Марка Дайтема и открытием выставки фотографий Юрия Пальмина.

Архи.ру: Разговор о форме: новый профессиональный журнал speech:

Новый журнал speech: — это основательный массивный том, занятый иллюстрациями наравне с убористым текстом. Он наполнен и даже точнее будет сказать — он переполняется информацией, чем оправдывает английскую расшифровку своего названия. Спич, как известно — это речь. Две точки после слова в логотипе журнала подчеркивают этот смысл: спич — написано на обложке, далее открываем и идет собственно рассказ, подробный, логично выстроенный, очень «собранный» и целенаправленный. Рекламы нет (sic!). А есть: развернутое вступление к теме, раскрывающие эту тему статьи о российских и зарубежных постройках, полный английский перевод по ходу, в конце публикации исторических текстов.

Сергей Чобан

Главная особенность журнала speech: состоит в том, что он учрежден практикующими архитекторами — руководителями одноименной мастерской, образованной два года назад путем объединения бюро Сергея Чобана и мастерской «С.П.Проект» Сергея Кузнецова и Павла Шабурова: упомянутое двоеточие также призвано отличать логотип журнала speech: от мастерской SPeeCH. Можно подумать, что с появлением журнала сочетание букв, заложенное в имени мастерской как будто бы окончательно реализовало заложенный в него смысл.

И это — самое интересное, потому что учреждение профессионального журнала руководителями архитектурной мастерской — дело необычное, совсем нечастое, я бы даже сказала из ряда вон выходящее. Вторая его особенность, очевидная при чтении первого номера — заявка на разговор о пластике, почти что о «чистой форме». Третья особенность происходит из сочетания первой и второй: тема журнала — орнамент, одна из главных в российской архитектурной практике Сергея Чобана. Нельзя сказать, что орнаментальных мотивов здесь не было до Чобана, но именно с его появлением в России орнаментальные фасады стали темой. Лучше всего известны петербуржские Лангензипен и дом Бенуа, однако SPeeCH в Москве спроектировал уже два таких дома — офисный центр на Можайском валу и «Византийский дом».

Кристоф Лангхоф, Ирина Шипова и Бернхард Щульц

В журнале тема рассматривается широко: вехи истории орнамента в русской архитектуры отмечает в своей статье профессор Владимир Седов, Бернхард Шульц обнаруживает «тайный орнамент» в архитектуре классического модернизма. В конце номера опубликован текст известной статьи Адольфа Лооса «Орнамент и преступление». Вероятно, что изгнание узоров из архитектуры стало следствием неправильного прочтения этого эссе — и таким образом публикация ключевого для темы «источника» разрешает длинную цепь споров, начатых сто лет назад. Дискуссия, однако, продолжается — и к ней журнал стремится привлечь как российских, так и зарубежных архитекторов практиков. Так, в рубрике «За и против» об орнаменте рассуждают два внешне очень похожих друг на друга архитектора с различными, хотя и не противоположными позициями — Кристоф Лангхоф и Николай Лызлов.

Основное содержание журнала — обзор орнаментальный тенденции в рамках неомодернизма. Это если не антология, то уж во всяком случае хрестоматия новейшего орнаментального модернизма. Тема, как говорится, раскрыта по классическим канонам — явление описано, проиллюстрировано, пунктиром показана традиция, к которой оно относится, и обозначены перипетии его развития на протяжении прошедшего века. Такой том хочется давать студентам — он профессионально закрывает некоторой пробел в знаниях.

Давид Сакрисян и Ирина Шипова

Таким образом, архитекторы, разрабатывающие тему орнамента в своих проектах, инициировали искусствоведческое исследование этой темы и преспокойно встали в ряд, не выпячиваясь (из работ Сергея Чобана подробно рассмотрена только одна), но и не смущаясь соседством. Эта ситуация также необычна, потому что как правило московские архитекторы не очень любят сопоставлений. Настоящий модернист-радикал как будто бы должен постоянно придумывать нечто принципиально новое. Новое получается крайне редко, что само по себе совершенно нормально, но нынешние авторы в большинстве все же не любят сопоставлений. Хотя есть исключения, и их становится все больше. Журнал speech: — исключение в квадрате, здесь архитекторы не только не чураются сопоставлений, а много более того — создают профессиональное издание, в котором искусствоведы и критики занимаются изучением актуальной для архитекторов темы.

Прежде всего это говорит о твердой уверенности в полноценности своего творчества — уверенности в том, что будучи поставлено в ряд, оно займет там достойное место. С другой стороны, этот подход — признак не-модернистского (может быть пост- или нео-модернистского) отношения к ситуации — недаром во вступлении написано о потребности восстановить давно прерванную традицию. Традицию поиска корней и определения своего места в ряду современных тенденций. Что — и это необходимо подчеркнуть — никак не связано с традиционализмом или консерватизмом как таковыми; здесь скорее можно говорить о поисках нового прочтения старой темы.

Александр Скокан и Юрий Волчок

Собственно тема — орнамент, неисчепаема и говорить о ней можно бесконечно. Начав, например, с того, что орнамент это первая форма изобразительного искусства и одновременно письма, в нем есть ритм и высокая степень абстракции — обобщения. Поэтому неудивительно, что именно орнамент оказался наиболее простой и естественной формой привнесения изобразительности в модернистскую архитектуру. И насыщения этой архитектуры смыслом. Строго говоря, есть три основных пути «осмысливания» модернистской архитектуры — искать смысл в простых формах как таковых, создавать крупную «говорящую» форму (на что-то похожую) и — покрывать поверхности рисунками. Последний путь наименее пластичен, он работает по части дематериализации поверхности (наряду с блеском стекла), зато наиболее насыщен информационно.

Алексей Бавыкин и Евгений Асс

Безусловно, это выглядит очень основательно. Но все же самое интересное в этом журнале — то, что он часть осмысления живого творческого процесса, его почему-то хочется понять как разновидность манифеста, сделанного с немецкой основательностью, французской элегантностью и русской увлеченностью.

Журнал будет выходить два раза в год. Не все номера будут посвящены разбору таких «формальных» тем, как орнамент. Вероятно, далее последует журнал, посвященный взаимоотношению современного проектирования и памятников архитектуры — рассказывает главный редактор speech: Ирина Шипова. Однако основные особенности издания будут сохраняться: каждый номер будет стремиться максимально раскрыть какую-то одну тему, актуальную для современной архитектуры, рассмотреть наиболее интересные воплощения темы в русской и зарубежной архитектуре, а темы будут связаны с той частью профессии архитектора, которая дает основания считать ее искусством (а не только частью торговли квадратными метрами).

Выставка

Такой подход востребован профессионалами — это заметно хотя бы потому, что на презентации журнала в музее архитектуры присутствовали известные московские архитекторы и немецкий архитектор Кристоф Лангхоф. Презентацию сопровождал «телемост» — лекция архитекторов Астрид Кляйн и Марка Дайтэма, работающих в Токио. Также была открыта выставка фотографий Юрия Пальмина, организованная фотоагентством «Формат».

Выставка называется «Орнаментальные фасады Москвы» и представляет 9 из 12 фотографий, сделанных Юрием Пальминым для первого номера журнала speech:. Фотографии, как всегда, хороши и представляют собой подборку характерных образцов фасадного орнамента для разных периодов — от эклектики через модерн и далее вплоть до «скрытого орнамента» классического модернизма. В журнале фотографии Пальмина становятся еще одним, альтернативным способом подачи истории архитектурного орнамента. В музее они становятся «вторым фасадом», который и убирать-то жалко.

Выставка

Фотографии размещены прямо во дворе музея (там же была и презентация) — они напечатаны на пластиковой сетке, которой затягивают строительные леса и натянуты на металлические конструкции высотой больше двух метров. Таким образом перед стеной дома Талызиных возникает плоскость, несущая на себе экспозицию, посвященную фасадам — второй фасад, фасад-дубль. Это эффектно и для музея необычно, поэтому на экспозицию стоит взглянуть. Выставка проходит в рамках московской архитектурной биеннале и продлится до 23 июня.

Оригинал статьи доступен на сайте archi.ru

РАССЫЛКА arch:speech