Норман Фостер: парень с окраины, который стал притцкеровским лауреатом

Вера в невозможное привела Фостера к десяткам оригинальных решений в его зданиях, а затем и к главной архитектурной награде мира. Скажем больше: без этой веры он бы вряд ли стал архитектором.

Норман Фостер: парень с окраины, который стал притцкеровским лауреатом

Норман Фостер  

1 июня 1935 года на окраине Манчестера родился Норман Фостер — будущий лауреат Притцкеровской премии, автор многомиллионных проектов по всему миру. Родители Нормана, да и сам мальчик, вряд ли могли представить, какая судьба ему уготована; отец семейства работал маляром на вагоностроительном заводе Metropolitan-Vickers, мама занималась домашним хозяйством, и положение их было крайне незавидным.

Ранние годы


Норману не приходилось рассчитывать на хорошее образование — как он сам впоследствии выразится, у него было столько же шансов поступить в университет, сколько стать папой римским. Однако именно работа отца и балкон родного дома, откуда открывался вид на железную дорогу, стали первым шагом на пути Нормана к славе. Индустриальные пейзажи Манчестера подстегнули его интерес к дизайну и технологиям.

Норман ФостерОкраина Манчестера в 50-е годы

Архитектор через всю жизнь пронесет этот интерес. Много лет спустя он даже получит лицензию пилота и будет летать на собственном реактивном самолете. Его увлечение перекочует и в архитектуру, и на вручении Притцкеровской награды будут отмечать блестящие инженерные решения, которые архитектор использует в проектах любого размаха.

Но до личного самолета и церемонии в зале берлинского Старого музея еще очень далеко: пока что Фостеру 19 лет и он ссорится с родителями, так как не хочет идти по стопам отца и мечтает вырваться из бедности. В этот период он почти случайно устроился ассистентом в местное архитектурное бюро John Bearshaw and Partner и время от времени делает эскизы зданий. Коллегам Фостера эти рисунки до того нравятся, что он наконец решается стать архитектором.

Норман Фостер


От профессии вышибалы до знакомства с Роджерсом


В 21 Фостер поступает в Школу архитектуры и градостроительства при Манчестерском университете — правда, без права на стипендию. Поэтому за годы студенчества он успел освоить профессии вышибалы в клубе, продавца мороженого и пекаря. Свободное от лекций и работы время архитектор проводит в библиотеке, где изучает труды Миса ван дер Роэ, Ле Корбюзье и Оскара Нимейера.

После диплома ему вновь везет: он выигрывает грант на обучение в Йельском университете и уезжает в Америку, где знакомится с будущим сослуживцем Ричардом Роджерсом. Вернувшись в Британию, они основали студию Team 4, которая просуществовала всего несколько лет, но уже тогда утвердила Фостера как сторонника хай-тека.


Встреча с холодным технократом


В конце 60-х, когда Team 4 распалась, в жизни Нормана произошло сразу два важных события: он основал собственное бюро Foster Associates и познакомился с Бакминстером Фуллером. Многие считали Фуллера безнадежным утопистом и отвергали его идеи, но Фостера это не смущало. Они дружили вплоть до смерти Фуллера в 1983 году, и Фостер отзывался о старшем товарище с большой теплотой.

«Баки казался людям холодным технократом. Но это был совсем не тот человек, которого я знал: вдохновленный, сентиментальный и глубоко одухотворенный»


Одним из плодов этой дружбы стал совместный (но так и не построенный) проект: подземный Театр имени Сэмюэля Беккета. Молодой архитектор ассоциировал его форму с подлодкой, а Фуллер — с куском мыла.

Норман Фостер

Кстати, Фостера, как и Рема Колхаса, восхищали эксперименты русских авангардистов — еще одним учителем он считает архитектора Шухова. Англичанин позаимствовал у советского архитектора сетчатые оболочки и внедрил их в современную практику строительства. Отчасти его стараниями они стали одним из главных приемов для архитектуры необычной формы.

Первый успех


Совместно с Фуллером Фостер также продумал проект главного офиса страховой компании Willis Faber & Dumas. Постройка как будто целиком состоит из стекла — и кажется, что она висит в воздухе, а не держится на креплениях. На крыше офиса разбит палисадник. Внутри здания предусмотрен бассейн, который служит не только для плавания, но и как естественный теплоотвод — уже тогда Фостер уделял много внимания энергоэффективности зданий.

Примечательна конструкция оболочки, которую сделали из одинарного стекла, а швы между стеклами заполнили герметиком. Несущим элементом для одинарного стекла стали ребра, выполненные также из закаленного стекла. Таким образом внешняя оболочка здания максимально прозрачна и связывает офис с окружающей средой.


Хай-тек по фэншую


После реализации Willis Faber & Dumas на архитектора наконец обращают внимание. Начинают сыпаться крупные проекты — банк Шанхая и Гонконга (1979-1986), Коммерцбанк-тауэр (1994-1997), новый Рейхстаг (1992-1999). Британец выгодно отличался от многих коллег по цеху — в то время, как модернисты окончательно зашли в тупик, Фостер заново изобретал подход к архитектуре. Например, для банка в Гонконге он придумал новую технологию возведения небоскрёбов без центральной оси, с использованием только наружного скелета.

Мачтовый метод позволил сделать здание еще более высоким и закрепить все коммуникации снаружи, освобождая место внутри офисов. Внутреннее пространство пронизывает атриум, благодаря которому воздух циркулирует не только снизу вверх, но и по горизонтали — это уменьшает разницу давлений внутри и снаружи.

Норман Фостер

Не только о технической стороне вопроса позаботился Фостер. Работая над зданием в центре Гонконга, он спроектировал его так, чтобы оно соответствовало принципам фэншуя: перед постройкой оставлено большое свободное пространство, откуда открывается вид на гавань Виктория.

Сплошное остекление — неотъемлемая часть фирменного почерка Фостера. В немецком Центре микроэлектроники оно выполнено с помощью алюминиевой оконной системы Schüco AWS 65, встроенной в стоечно-ригельную систему FW 50+ .HI cо скошенными наружными контурами. Она идеально подходит как для новых зданий, так и для реконструкции.
Норман Фостер
Норман Фостер


Вера в невозможное


Технические и конструктивные изобретения создали Фостеру имя и открыли доступ к совсем другим бюджетам. В самых проектах раскрывается яркая черта этого архитектора — идеализм.

В Москве он предлагал построить «Апельсин» (здание в форме разрезанного-фрукта на месте ЦДХ) и Хрустальный остров — 450-метровый стеклянный небоскреб-конус. Конструкцию поддерживает ромбовидная сетка, наподобие той, что использовал в своих работах Шухов.

Норман Фостер

Проект поначалу одобрили, но в Академии художественной критики посчитали, что Хрустальный остров по форме слишком напоминает буддистскую ступу, а значит, будет чужд московскому ландшафту. После отставки мэра Лужкова о здании забыли.

Деятельность Фостера распространяется даже на Луну; он разработал особую модель дома для земного спутника. Для того, чтобы уменьшить расходы на транспортировку, каркас здания будет надувным. Сверху с помощью робота на него нанесут слой лунного грунта — реголита. Таким способом архитектор предлагает защищать лунную базу от мелких метеоритов и солнечного излучения.

Норман Фостер

Сейчас Фостеру 82 года. Несмотря на почтенный возраст, он продолжает заниматься архитектурой, раз за разом удивляя масштабом и изобретательностью. Один из последних проектов, здание Apple Park, вызвало бурные споры — многим оно показалось примером чрезмерного перфекционизма.

Но стоит ли обвинять в этом Фостера? Ведь именно то, что Фостер мыслил невозможными категориями, позволило ему в конечном счете добиться славы — и пройти путь от мальчика с окраины Манчестера до притцкеровского лауреата и главы бюро, в котором ныне работает больше 1000 человек.

РАССЫЛКА arch:speech
 
Свежие материалы на arch:speech


Загрузить еще