Книга «История и идеология: монументально-декоративный рельеф 1920–1930-х годов в СССР»

В издательстве «БуксМарт» вышла книга искусствоведа Марии Силиной, в которой рассказывается подробная история становления советской архитектурной скульптуры и публикуется целый ряд малодоступных и неизвестных ранее материалов.

Книга «История и идеология: монументально-декоративный рельеф 1920–1930-х годов в СССР»

«История и идеология: монументально-декоративный рельеф 1920–1930-х годов в СССР» — это результат многолетней исследовательской работы научного сотрудника НИИ теории и истории изобразительных искусств Российской академии художеств Марии Силиной и первая книга, посвященная этой теме. Парадокс видится в самом названии: казалось бы, о какой скульптуре может идти речь в постройках 1920-х годов, ассоциирующихся у нас с чистыми формами и отказом от всякого декора? Однако реальная ситуация, как всегда, намного сложнее, чем общее представление об эпохе.

В своей книге Мария Силина рассказывает подробную историю развития монументальной скульптуры в 1920–1930-е годы, показывая, как архитектура СССР пришла от идей авангарда к развитому сталинскому стилю. Чтобы доказательно представить этот процесс, она использует самые разные источники, многие из которых выходят далеко за пределы чистого искусствоведения: от собственно архитектуры, фотографий, чертежей и графики до биографий скульпторов, текстов постановлений, журнальных и газетных статей, воспоминаний современников и писем иностранных архитекторов своим советским коллегам. Сопоставление всего этого позволяет автору написать аргументированную историю становления советского монументального рельефа, на которую политические решения оказывали влияние ничуть не меньше, чем собственно художественные задачи.

Книга «История и идеология: монументально-декоративный рельеф 1920–1930-х годов в СССР»

Издание состоит из четырех разделов. Первый — собственно исследование, разбитое на три главы: в первой говорится о монументально-декоративном рельефе во второй половине XIX — первом десятилетии XX века, во второй о 1920-х, а в третье о1930-х годах. Второй раздел — «Материалы к биографиям скульпторов» — основан на не издававшихся ранее архивных материалах, собранных в 1920–1930-е годы историком отечественной скульптуры Б.Н. Терновцом и в 1960–2010-е годы научным сотрудником Отдела словаря художников НИИ РАХ Л.Л. Макоед. Третий представляет собой хронику значимых для развития монументально-декоративного рельефа событий в период с 1918 по 1940 годы. А в четвертом опубликованы важные для этой темы документы.

Благодаря столь комплексному подходу и обилию представленных материалов, книга будет интересна не только практикующим архитекторам и скульпторам, но и исследователям архитектуры, социологам и историкам культуры.

Купить книгу можно на сайте издательства «БуксМарт». Цена 900 руб.

Мы публикуем отрывок из второй главы второй части первого раздела «Место монументального рельефа в архитектурных ансамблях 1920–1930-х годов».

Параллели между проектами на бумаге первых двух десятилетий XX века и действительными попытками осуществить подобные проекты в 1930-х годах впечатляют. В 1918 году искусствовед Владимир Фриче в связи с принятием плана «монументальной пропаганды» так видел перспективы развития монументальной скульптуры: нужны «памятники... двоякого рода — с одной стороны, это обычные памятники_портреты... Другая задача еще более трудная, но и еще более важная, это — сооружение грандиозных монументальных памятников совсем особого типа, еще небывалого вида... Это огромные сооружения из камня или стали... которые увековечили бы... с одной стороны, уходящее прошлое, с другой — будущее, восходящее за красным облаком занимающихся зорь». Спустя годы, в 1930-е, эти мечты действительно попытались осуществить в амбициозных проектах гигантских зданий Наркомтяжпрома и Дворца Советов. Но это было дело будущего, а в начале 1920-х годов на практике синтетический ансамбль представлял собой достаточно традиционный тип здания.

Книга «История и идеология: монументально-декоративный рельеф 1920–1930-х годов в СССР»

Примером такого стилистически консервативного проекта, целью которого было выразить революционность новой эпохи, стал дом-памятник III Интернационалу в Саратове. Его начали возводить в самом начале 1920_х годов в разгар после революционной неустроенности и Гражданской войны. Авторы "мыслили памятник неким центром идейно-воспитательной жизни города«200. Встреча всех искусств в совершенном ансамбле трактовалась буквально: над проектом работали архитектор А.З. Гринберг, художник А.И. Кравченко и скульптор Г.И. Мотовилов. Панно с фигурами революционеров было одним из первых опытов Мотовилова, будущего автора декоративной скульптуры на Всесоюзной сельскохозяйственной выставке 1939 года и станциях Московского метрополитена. Впечатление почти наивного искусства от вырезанных в рельефе статичных, скованных фигур усиливалось тем, что панно было вмонтировано в здание, вызывающее ассоциации с раннехристианскими купольными базиликами. Этот проект — свидетель энтузиазма первых послереволюционных лет, когда художники стремились выразить мечты о свободе и надежды на будущее всеми доступными в тот период средствами.

Полноценное воплощение сложных, драматических и в основном литературоцентричных образов, востребованных временем, вело к пересмотру художественных возможностей всех видов искусств. Приведем пример типичного общественного задания, где использовалась скульптура. На обсуждении скульптурных работ для Всероссийской сельскохозяйственной и кустарно-промышленной выставке (ВСХВ) 1923 года были предложены, например, такие задания: «Скульптура выставки должна оттенить изменение в психологии за время революции, подчеркнуть перелом и тенденцию к возрождению России». Скульптуре, как и архитектуре, предписывалось «говорить» для того, чтобы диалектически раскрыть процесс перерождения людского сознания, а не просто показать на фасадах статичные аллегории и персонификации.

Фигуры для одного из павильонов выставки были выполнены скульптором С.Т. Конёнковым в характерной для него манере. Они обыгрывали мотив кариатид, статичность которых была усилена фактурой материала, и не могли произвести впечатления «революционного перелома сознания». Очевидно, что для агитационного впечатления нужен был пересмотр не только стилистики скульптуры, но и способов ее взаимодействия с архитектурой, живописью, а также необходимы были введение новых аллегорий, технических приемов, изменение масштабов и соотношений между составными частями агитационного ансамбля. Все это в общем и целом произошло ко второй половине 1930-х годов.

РАССЫЛКА arch:speech
 
Свежие материалы на arch:speech


Загрузить еще