Две головы — лучше. Как дуумвират Херцога и де Мерона завоевал Притцкеровскую премию

Если не знать всей подноготной этого швейцарского дуэта, то можно подумать, что Херцог и де Мерон — это один архитектор. В некотором смысле так и есть: Жак Херцог и Пьер де Мерон любят отшучиваться, что на самом деле они один человек, который чертит четырьмя руками.

Две головы — лучше. Как дуумвират Херцога и де Мерона завоевал Притцкеровскую премию

Притцкеровский комитет придерживался того же мнения, и в 2001 году в большом зале усадьбы Томаса Джефферсона в Монтичелло Жаку и Пьеру вручили архитектурный «Оскар». Награждение двух людей одновременно стало прецедентом, ведь до Херцога и де Мерона такое случалось лишь раз — в 1988 году, когда премию по отдельности присудили и Гордону Буншафту, и Оскару Нимейеру.

Основатель премии Томас Притцкер так объяснил решение комитета: «Жак Херцог и Пьер де Мерон столь давно и тесно сотрудничают, что способности и талант каждого образовали единое творческое целое. Мы просто не имели права выделить одного из них».

Промежуточный город


С самого начала их судьба тесно связана друг с другом: они родились в одном городе, Базеле, с разницей в три недели, вместе окончили цюрихский Политехнический институт, работали у Альдо Росси, а в 1978 году основали собственное бюро.

Херцог и де Мерон

Их почерк сложился из того, что они видели из окон родных домов. Базель — промышленный город (названный Колхасом «промежуточным городом», где «машины производят другие машины»), поэтому с самого начала Жак и Пьер уделяли неизменно много внимания технологиям.


Спортивный шик


Их излюбленная типология — стадионы, где благодаря масштабности остается много места для высокотехнологичных маневров. Под началом Жака и Пьера в в Европе и Азии появилось пять стадионов, и в каждом из них архитекторы продемонстрировали недюжую изобретательность.

Мюнхенская Allianz Arena (2005) состоит из надувных модулей: по шлангам в эти подушки закачивается воздух, а находящиеся рядом с плёнкой трубы со светящимся веществом обеспечивают свечение в ночное время, цвет которого зависит от того, какая команда играет. План Allianz Arena похож на другой стадион Херцога и де Мерона — открытый четырьмя годами ранее Санкт-якоб-парк (2001), где роль стен также выполняют подсвеченные надувные подушки.

Самый яркий стадион архитекторов, «Птичье гнездо», открылся в 2008 Пекине и был приурочен к Олимпиаде. При строительстве не было задействовано ни одного вертикального столба. Постройка выполнена в сотрудничестве с художником Айвэйвеем и имеет форму вороньего гнезда, которое в китайской традиции символизирует все лучшее в жизни.

Херцог и де Мерон

Если все предыдущие постройки демонстрировали устремленность в будущее, то «Матмют Атлантик» в Бордо (2015), наоборот, отсылает к античным временам — стадион окружен 900 колоннами на манер греческого храма.

Наконец, стадион в Лондоне, «одетый» в филигранную оболочку, через несколько лет станет домашней ареной для футбольного клуба «Челси». Он тоже вдохновлен историческими направлениями, а именно — готической архитектурой Вестминстерского аббатства. Тонкие высокие колонны, ведущие к верхнему ярусу, образуют кольцо, поддерживающее кровлю.


Искусство Херцога и де Мерона


Херцог сделал успешную карьеру как художник, и работы дуэта тесно связаны с современным искусством. Вот почему дом, построенный на следующий год после создания бюро — Blue House в швейцарском кантоне Обервиль — выкрашен краской с добавлением того же ультрамаринового оттенка, что и скульптура «Синяя Венера» художника Ива Кляйна.

Неслучайно и то, что Жаку и Пьеру доверили проектирование музея Тейт Модерн в Лондоне — здания, после которого они окончательно заслужили звание всемирно известных архитекторов и вскоре получили Притцкера. Задача по проектированию будто специально выкраивалась под Жака и Пьера, которым одинаково близка как промышленная, так и музейная эстетика: бывшую электростанцию на набережной Темзы требовалось превратить в самый посещаемый в мире музей современного искусства.

В итоге внутри электростанция почти не изменилась, ее помещения удалось приспособить под новые цели.Турбинный зал выполняет роль вестибюля и главного выставочного зала, вместо котельной устроены галереи поменьше. Единственное существенное отличие от исторического вида — устроенный на крыше стеклянный пентхаус «Луч света» с рестораном и VIP-залом и цветной светильник «Швейцарский фонарь» на вершине трубы, изготовленный по проекту художника Майкла Крейг-Мартина.

Херцог и де Мерон


Сила земли


Среди вдохновителей Херцога и де Мерона числится основоположник лэнд-арта Роберт Смитсон, который ввел концепцию «не-места» — это когда экспозицию в галерее делают из камней, земли и других природных материй, и тем самым отсылают зрителя к природе за пределами музея, к «дочеловеческой» истории.

Воззрение Смитсона было использовано в винодельне «Доминус» в Калифорнии, где фасад изготовлен из габионов, заполненных базальтом разной плотности. Камни расположены в природном порядке, от разъединения их удерживают лишь прутья решеток.

Херцог и де МеронХерцог и де Мерон

Как и вся архитектура Херцога и де Мерона, этот ход был продиктован не только эстетическими, но и практическими соображениями — в Калифорнии жаркие дни и холодные ночи, а базальт хорошо отводит тепло и поддерживает температуру в темное время суток, что делает «Доминус» идеальным местом для хранения вина.


Идеальное занудство


Технократичность их архитектуры сродни швейцарским часам — все так безупречно выверено и надежно, что порой становится даже скучно. Взять к примеру Jenga Tower в Нью-Йорке — шестидесятиэтажный небоскреб, составленный из стеклянных блоков, смещенных по оси. Впечатляет? Да. Заставляет включиться в диалог? Не то чтобы. Если проекты Жана Нувеля превращаются в световые аттракицоны, а Норман Фостер поражает конструктивной частью, то здания здания Херцога и де Мерона — «вещи в себе», и они почти не взаимодействуют с человеком, несмотря на предельно высокий уровень архитектуры.

Впрочем, нужно быть в известной мере занудой, чтобы 13 лет доводить до ума филармонию на Эльбе.

Херцог и де Мерон Жак Херцог и Пьер де Мерон на старте проекта филармонии и десятилетие спустя на официальном открытии.

РАССЫЛКА arch:speech
 
Свежие материалы на arch:speech


Загрузить еще