Книга «Десять канонических зданий: 1950–2000»

В издании Strelka Press выходит перевод книги лидера деконструктивизма Питера Айзенмана. В схемах и диаграммах автор детально разбирает проекты известных архитекторов: от Ле Корбюзье до Либескинда.

Книга «Десять канонических зданий: 1950–2000»

Айзенман сразу же оговаривается: «канонические» не значит «самые лучшие за 50 лет». В книгу вошли те проекты, которые стали переломными если не для мировой архитектуры, то в работе ключевых архитекторов ХХ века. Десять глав книги посвящены десяти проектам:

  1. 1. Луиджи Моретти: Дом «Иль Джирасоле»
  2. 2. Людвиг Мис ван дер Роэ: Дом Фарнсуорт
  3. 3. Ле Корбюзье: Дворец конгрессов в Страсбурге
  4. 4. Луис Кан: Дом Адлера и Де Вора
  5. 5. Роберта Вентури: Дом Ванны Вентури
  6. 6. Джеймс Стирлинг: Инженерный корпус Лестерского университета
  7. 7. Альдо России: Кладбище Сан-Катальдо
  8. 8. Рем Колхас: Библиотека Жюссье
  9. 9. Даниэль Либескинд: Еврейский музей
  10. 10. Фрэнк Гери: Питер Б. Льюис-Билдинг

Чтобы читатель понял, почему эти проекты канонические, в книге Айзенман учит по-другому смотреть на архитектуру. Он называет это методом «пристального чтения». Автор не описывает последовательно каждую часть объекта, а старается понять идеи, которые содержатся в его физической форме. По Айзенману, изучая архитектуру, нужно «меньше заботиться о том, что видит глаз,— об оптическом — и больше о том, что видит разум,— о визуальном».

Разобрать идеи проектов Айзенман помогает через графику. Фотографии и чертежи сопровождаются диаграммами, аксонометриями и взрыв-схемами. Уже только ради этих изображений стоит купить книгу. Все чертежи аккуратно отрисованы и, главное, представлены в огромном количестве. Например, казалось бы, простой дом Фарнсуорт Миса ван дер Роэ автор разбирает на 18 диаграмм.

10 канонических зданийЧасть схем к главе про дом Фарнсуорт

Книга появится в магазинах уже в конце января. Archspeech приводит показательный отрывок из главы «Стратегии пустоты. Рем Колхас, библиотека Жюссье, 1992-1993»:


Если такие архитекторы, как Луиджи Моретти, пытались сделать пустоту массивной, то Колхас, наоборот, стремится уловить ее энергию, концептуализируя пустоту как латентную силу, скапливающуюся между слоями массивных перекрытий. «Стратегия пустоты» — так озаглавлен сопроводительный текст Колхаса к его проекту, поданному на конкурс «Очень большой библиотеки» (Tres Grande Bibliotheque, 1989); в этом тексте он описывает библиотеку как массивный «штабель», из которого высечены объемы: «Крупные общественные пространства обозначаются как отсутствие строения, как пустоты, высеченные из информационной массы».

<…>

Колхас вносит в разрез горизонтальное возмущение и делает его доминирующим типом дискурса, вместо восстановления плана, типичного для классической архитектуры и присутствующего в работах архитекторов послевоенной Америки, например Луиса Кана. Модуляция разреза создает условия, при которых в пространстве может находиться субъект, у которого есть возможность наблюдать за другим субъектом, оставаясь незамеченным, и наоборот. Возникающая в результате возможность быстрого взгляда и периферийные виды переносят фокус зрения с физического объекта на субъект, который может смотреть насквозь, вокруг, вниз, вверх и обозревать пространства, становясь частью иных пространственных взаимоотношений между субъектом и объектом. Именно такую имитацию вуайеристского пространства Джеффри Кипнис называет перформативным дискурсом.

<…>

В библиотеке Жюссьё, так же как и в «Очень большой библиотеке», Колхас сохраняет аспекты классической архитектурной нотации, такие как различение фасадов — переднего, заднего и боковых. Различение фасадов, один из которых почти разъеден внутренними пустотами, тогда как остальные остаются в основном нетронутыми, поддерживает классическую считываемость главного и заднего фасада.И наконец, полость, образованная своего рода портиком, обозначающим переход из экстерьера в интерьер на уровне земли, извивается вверх через все здание и кажется независимой от формальной организации здания.

10 канонических зданий

Поперечный разрез библиотеки Жюссьё демонстрирует разрыв связей внутри программы здания, а непрерывные перекрытия‐пандусы в разрезе выглядят совсем не так, как штабелированные уровни клуба «Даунтаун атлетик» или парка Ля Виллетт. Разрез показывает, что единственные объемы в здании — это зажатые между этажами расщелины пустот, которые нельзя назвать непрерывными. В чертежах находит отражение новый этос восприятия, говорящий об отходе от архитектуры как продукта пристального внимания. Важность стратегий пустоты Колхаса в соединении темы пустоты — присутствовавшей и в послевоенных работах Моретти и Вентури — с новыми методами работы, в которых сталкиваются между собой вопросы взаимоотношений части и целого, невнимания и пристального внимания, разъединения и фрагментации.

<…>

Критика, начатая в проекте Дворца конгрессов в Страсбурге, и уроки, извлеченные из проекта «Очень большой библиотеки» и агадирского проекта, вылились в деформированные разрезы и фигурные пустоты библиотеки Жюссьё. При этом критические и теоретические аргументы, сконцентрированные в макете, чертежах и разрезе библиотеки Жюссьё, открыли путь для все более иконического использования Колхасом этой диаграммы в проектах Публичной библиотеки Сиэтла или Дома музыки в Порту. Эти здания приобретают визуальное сходство с идеями, постулируемыми в их диаграммах. Так как диаграмма дискретных слоев программы сохраняет визуальное сходство с архитектурной формой, работа Колхаса начинает предлагать иное отношение к «пристальному чтению».

10 канонических зданий

Когда прочтение диаграммы приближается к прочтению здания, необходимость в «пристальном чтении» отпадает. И если в случае с библиотекой Жюссьё это не совсем так, то проекты, которые будут созданы впоследствии, в Сиэтле и Порту, кажется, уже не подчиняются прежним законам. Они отказываются от «пристального чтения» в пользу непосредственности формы и большей популярности: диаграмма становится логотипом и брендом.

РАССЫЛКА arch:speech