7 кругов стройки: через что придется пройти, чтобы реализовать свой проект

«Ночью мы приехали на стройку, замерили новые камни лазером и нашли два миллиметра брака. Тогда мы пошли в прорабку, порвали журнал авторского надзора, и я сказал: „Теперь вы сами по себе. Конструктору я запрещаю с вами работать. Вытягивайте это, как хотите“». 

7 кругов стройки: через что придется пройти, чтобы реализовать свой проект

После той ночи проблем с каменщиками у архитекторов Ивана Колманок и Александра Томашенко, основателей бюро ai-architects, больше не возникало. Два миллиметра кажутся придиркой, но это именно тот максимализм, который в будущем позволит не потерять контроль над стройкой. И защитит репутацию — архитекторы ввязались в проект на благоустройство Боровицкой площади, настроили против себя многих коллег и ошибиться с реализацией, по словам Ивана, означало провал уже в самом начале пути:

«Сделать Боровицкую идеально было исключительно важно. Общество раскололось, мэтры критиковали нас, что нельзя было в это ввязываться. И, соответственно, мы понимали, что нам нужно отстоять свою репутацию, что мы должны сделать это безупречно, чтобы было понятно всем, зачем мы в этот проект влезли. И мы начали за смешные деньги это все вытаскивать на себе. Мы просто обязаны были сделать проект приближенно к идеалу, а там все средства хороши».

ai architects
Победа в конкурсе оказалась такой же неоднозначной, как и сам памятник князю Владимиру. С одной стороны, бюро всё-таки не зря убивалось без сна десять дней подряд, с другой — уровень гнева и критики комментаторов к постам в Фейсбуке зашкаливал, в том числе и в сторону архитекторов. А впереди было еще полгода работы в условиях аврала, госконтракта и негативного публичного фона.

О лучших средствах в борьбе за результат мы говорили в офисе ai-architects на Трубной, откуда архитекторы все три месяца ходили на стройку. Здесь же они собрали пресс-конференцию, когда их отказывались слушать. И этот дерзкий ход оказался одним из самых эффективных приемов, которые в семи частях мы записали со слов Ивана Колманок, сооснователя и партнера бюро.


С самого начала готовиться к нереальным срокам


«Весь процесс реализации был построен так, чтобы выдавить автора из проекта, ведь заказчикам в госпроекте зачастую удобнее делать так, как они привыкли и как умеют, а не как того требует изначальный проект, поэтому автору ставят невозможные сроки.

У нас в проекте было две тысячи камней, формирующих ступени. И заказчик требовал их расчертить за неделю, подразумевая, что это невозможно. А мы берем, и сдаем все через неделю. Они говорят: нет, это все не то. Тогда мы зовем на помощь экспертов из Москомархитектуры, кураторов проекта. Они говорят: нет, это все возможно, все хорошо.

Но дальше заказчик не сдается и придумывает обстоятельства, из-за которых надо за два дня все же переделать, подразумевая, что и это невозможно. А мы берем и опять переделываем. Так оно и получается. Здесь на Боровицкой у нас две с лишним тысячи разных камней — из-за того, что площадь организована по радиальному принципу, каждый камешек уникальный, каждый начерчен, там практически нет повторяющихся».

ai architects
На время реализации бюро пришлось расшириться в три раза, чтобы успевать всё вычерчивать, проверять и отдавать в срок.


Конструктив брать всегда на себя, иначе свой проект вы не узнаете


«Для проекта мы разработали весь конструктив и СПЗУ, — все разделы проекта, будто мы генеральный проектировщик. Мы понимали, что если заказчик сам спроектирует конструктив, то потом он скажет: конструктив мы уже льем, здесь не получается так, как вы хотите, поэтому давайте переделывать. Поскольку мы понимали, что, скорее всего так и будет, мы взяли на себя всю работу».


Сразу предлагать заменить любого подрядчика


«Первым делом на большом совещании мы сказали всем, что у нас готов полный пул смежников на любой раздел: „Если у вас что-то не будет получаться, мы легко вас заменим“. Понятно, что это абсолютно невозможно, но, по крайней мере, то, что мы это озвучили, укрепило наши позиции.

Но просто испугать было недостаточно. Проект очень сложный — это криволинейный монолит, непросто было отстоять эти дорогостоящие и сложные в производстве решения. Потом, на производстве, нам надо было показать характер, чтобы люди увидели, что мы не вчера закончили учебу и что мы понимаем, как это нужно делать. А сами по себе каменщики, которые изготавливали камень — питерская фирма „Возрождение“ — профессиональные ребята. Но если бы мы сдали им тогда эти два миллиметра, то круга бы не вышло. Им же проще и гораздо быстрее производить прямые камни. Поэтому важно было отстоять свои позиции на самом старте».

ai architects
Архитекторы создавали проект уже с этой непростой константой и поставили себе задачу уравновесить спорный помпезный памятник по-европейски сдержанным вневременным благоустройством, сделанным для людей.


Отказаться от оплаты, чтобы диктовать свои условия


«За авторский надзор нам предложили какие-то смешные деньги — мы не стали этот договор подписывать и просто стали ходить на стройку. Заказчику нужно было, чтобы проект был исполнен, так как его показали самым высоким чиновникам. И поэтому нам никто уже не мог помешать контролировать процесс. А сроки стояли очень жесткие — площадь должна была быть готова ко Дню народного единства, 4 ноября. Объект очень ответственный, поэтому никто не хотел сложностей. Все смежники, хотя и не были у нас в прямом подчинении, понимали, что им придется нас слушаться.

В итоге мы работали бесплатно, но это дало нам статус и возможность диктовать свои условия».


Если не верят, делать нужную деталь за свой счет


«В проекте уже были свои подрядчики, в том числе и по свету . И мы им говорим: «Надо, чтобы светильники были такие». А нам отвечают, что такие светильники делать нельзя, это абсолютно невозможно. Мы бежим к нашим партнерам на производство, изготавливаем этот светильник, тащим его к подрядчику и говорим: «Либо вы сейчас вылетите из проекта, потому что вот же есть, кто делает, либо вам придется сделать такой же». И они делают такой же».


Не ждать чуда: приходить на стройку каждый день и самим обучать рабочих


«Каждый день или я, или мой партнер Александр Томашенко, или наш архитектор были на стройке. Три месяца — от старта до реализации без выходных наше бюро было занято этим проектом.

Мы же сами понимаем сложные места в проекте. Сама лестница, которая организует площадь, в заливке очень сложная. Самое непростое — запустить прямо в лестницу газон. Это значит, что здесь не должно быть бетона, иначе он вымерзнет и не будет дренироваться. Поэтому получается так, как вы в плане видите лесенку, так она и отлита вся. И наш конструктор сразу предложил пойти на стройку и рассказать ребятам, как делать эти узлы.

ai architects
Сильно помогло, что с бюро работает многоопытный конструктор, который проектирует со звездами российской архитектуры и делает сложные дома.

И так мы «подстилали соломку» во всех сложных местах. На площади есть камни, на которых заканчивается светильник. Это значит, что со дна у него пропил не на весь камень, а только наполовину. Это есть в чертежах, но мы понимаем, что каменщик посмотрел с утра чертежи и дальше кладет камень. Значит, этот камень он пропустит, поэтому мы приходим и говорим: «Скорее всего, этот камень вы пропустите, давайте с него начнем в эту сторону».


Лишь упоминание прессы поможет моментально


«Была сложность с трамбовкой грунтов: там разношерстный грунт, поэтому пришлось завезти огромное количество песка и его утрамбовать до нужной плотности. Этого изначально не планировал ни заказчик, ни застройщик. И мы, соответственно, оказались главными злодеями, потому что меняли им весь производственный процесс. И когда нам сообщили: нет, ребята, этого не будет, мы ответили, что соберем пресс-конференцию, пригласим «Вести», выступим на камеру. Сразу все разрешилось и пошло дальше очень гладко».

ai architects
«Во многих знаковых конкурсных проектах, дающих возможность оставить след в городе, архитектор становится спонсором, если хочет чтобы все было реализовано, как задумано. Лишь потом можно посчитать, каковы были наши затраты, насколько мы просели, сколько составили наши инвестиции в проект с учетом того, что мы три месяца только им и занимались.

Для нас это был большой пиар-проект: теперь все знают, что мы делаем такие сложные штуки, что мы разбираемся в благоустройстве».

«Но при всем изначальном давлении, потом на стройке у нас сложились очень теплые отношения с прорабами. Мы как-то сразу договорились: ты помогаешь мне, я помогаю тебе, тогда мы, может быть, успеем. И так работа сразу и пошла. Было такое, что прорабы звонили нам ночью, говорили: ребята, аврал, давайте светильник на 10 см подвинем, а иначе мы не успеем. И мы понимали, что в этой ситуации они действительно, скорее всего, не успеют, потому что понятно, что надо перенастраивать пилу на производстве, и тогда у нас офис работал в ночь для того, чтобы им успеть.

И то же самое было, когда у нас возникла ошибка — три камня пришли не те, ребята их взялись тоже переделать. Это нормальная работа по принципу win-win, по схеме, что все должны выиграть.

Насколько реализованное отличалось от задуманного? Я нашел две ошибки, но вы их никогда не увидите. На площади две тысячи наших камней, два из них сделаны не так, как мы начертили. С 2016 года там ничего не поплыло и все камни лежат ровно, потому что удалось контролировать технологию и процесс. А при таких условиях благоустройство может служить городу очень долго».

РАССЫЛКА arch:speech
 
Свежие материалы на arch:speech


Загрузить еще